Глушь

Пахнет железной дорогой, веками и хлебом.
В нашей глуши этот запах апрелю привычен...
Здесь неизвестны созвездия Южного неба,
но - неизвестность, отнюдь, не причина невежд.
Если бы только не эти рассветы в полмира,
можно бы было свихнуться от сна инсталляций.
От понимания того, что все это надолго...
От расписаний разлук, новостей и надежд.
Здесь без труда ты всегда можешь быть кем-угодно:
хочешь - заблудшей овцою, а хочешь - Иисусом...
Хочешь - засохшею веткой с потерянным вкусом,
глушью подавленных, животворящих ветров...
Я занимаю здесь малое жизни пространство:
два - на восток, два - на запад, и шаг - в совершенство...
Не посягая на самость чужих территорий, -
надо сказать, что избавился здесь самозванства...
Надо признать, что в молчании - понял причины
тяги к провинциям дальним влюбленных поэтов...
И наблюдая на зеркале утра морщины,
больше не верую в грань черно-белой души...
Вечность моя проживает во мне квартиранткой...
Будто споткнувшись, летят в горизонты закаты...
Я не мечтаю, и крашу часы серебрянкой,
чтобы украсить оградки у этой глуши...


апрель, 2012 г.