Так больно отпускают...

Когда так больно отпускают,
не верится:
"А, было ль всё?"

Дежурил молча ты у двери:
в замкЕ  осталось волшебство.

А на двери  маячит зайчик,
он солнечный, он - не вредит,
да, развлекает,
будто  мячик, одушевился и блестит,
приклеился, каким же клеем,
но двигается - не спросив...

Украдкой мысль - от боли - тлеет,
сползая  к пятке, холодит...

Зачем  ворвалось  равнодушье?
А тот - укор - без слов совсем?
Я остаюсь к тебе радушной,
но ты - увидеть - всё посмел ...

Страдая, отчего - не знаю,
кокетливо себя вела,
и чопорного господина
в том ресторане
я  до улыбок довела.
Он улыбался и  хотел прижаться.
Он даже руку протянул.

Вот в этот миг,
ты - мне,
движение
заметив,
тот взгляд  ужасный  отпустил...

И я осталась в водопаде
моих  непроливайек-слез.

А ты - пальто коснулся,
подал, накинул  и повёл домой.

Теперь - всерьёз расстался, молча:
нет ни объятия, ни звука, ни упрёка,
ни стона  любимых  возле глаз - морщин...

Ты только около дивана -  от сигареты пепел уронил...

И я стою, не раздеваясь, прослеживаю дыма шлейф...

А зайчики - откуда ночью на этой  двери здесь взялись?
Они  отыгрывают туш скорбящих флейт:
то отблески - от звёзд  иль слёз...

Зачем им быть?               
 


Рецензии