Шестьдесят шестая часть

ШЕСТЬДЕСЯТ ШЕСТАЯ ЧАСТЬ

5005

НУШЕЛЕТ АШИРГ ЧИВОНАВИ

БОИМСЯ ПРИЗНАТЬСЯ

До чего же боимся признаться,
Что стареет Береза, Верба,
А тем боле стареют идеи,
Не живут вечным сном письмена.

На Земле был Майтрейя и Будда,
Кришна был и Иисус приходил.
Человека учили молитве,
Чтобы тот на Голгофе не был.

Но едва признавалась молитва,
Лишь едва прорезались слова
О движенье вперед забывали,
Словоблудие в ранг возводя.

Бесполезно кричать и молиться,
На Земле Миротворчеством жить.
Люди сорят о Боге едином,
Продолжая Его же членить.

Мир Христа, Мир Аллаха и Будды.
Да проснитесь же люди на миг,
Вы Единного чтите Владыку,
Если только нет с вами глухих.

Православная Церковь доныне
Говорит непонятно слова,
От которых давно отказались,
Чтоб не пухла от них голова.

Мир Блаватской пришел в наше время.
Опоганив, признали – права,
Но и снова застыли надолго,
Мол, куда нам за нею, куда.

И опять костенеются чувства,
За Блаватскою Рерихи шли,
Как их только везде не пинали,
Поминая про зов Сатаны.

Поле Рерихов есть ли другие.
Да, конечно же, были и есть.
Ныне время настало такое,
Что стремимся быстрее утечь.

Но опять же застыли на страже,
Как церковники в тысячи лет.
Не пускают познаться с Законом,
Над которым сияющий Свет.

Что Вы делите правду святую?
Если темный, то темному рад,
А с добром посещает просторы –
Тебе друг он, товарищ и брат.

Да и как бы о том не твердили,
Коли Божия искра дана,

Так свети ты на благо народа,
Дар под спудом своим не  тая.

Сатана на лукавство способен
Лишь на черное дело, на зло.
И кресты для него не препоны,
Если в сердце потемки давно.

Вот Боян на Руси появился,
Он поет хорошо и светло,
На громадные выси восходит,
Но словами церковник давно.

Посмеялся над Кармой, над Чакрой,
Кашпировского локтем задел,
Упрекнул Чумака мимоходом,
Что Алан пошаманить успел.

Ну, зачем же своим восхищаться,
Ну, зачем же другого топить?
Я так думаю, время настанет,
Когда будем себя лишь судить.

Я вот слушал Его, но не гавкал
И ладонями пыль не ловил.
С Божьей помощью радости вижу
И без веры в Него, не творил.

10.07.2000 г.


5006

НУШЕЛЕТ АШИРГ ЧИВОНАВИ

ОЛЕГ АТАМАНОВ
Ах, Боян, Боян, мы все под Богом.
Все поступки наши и дела
Вводятся в астральные скрижали,
Чтобы сущность новою была.

Ты поешь о сущности, раздолье.
В твоих песнях музыка слышна,
К радости Небесной призываешь,
Как певец, ты бьешь в колокола.

И слова душевно произносишь,
Но прости, церковность в них слышна.
Ты из «Круга Радости» выводишь,
Что поет бессмертная душа.

Бог Един и дланью прикрывает
Верований разных перехлест.
Умную религию не спрячешь,
Это есть надежда и бессмертий мост.

Голос дан тебе и руку свыше,
Но напрасно думать, лишь тебе.
Почему других ты причисляешь
Этаким ушедших к Сатане.

Надо ли судить о Кашпировском,
Задевать деянья Чумака,
Если они людям помогают,
Добрые деяния творя.

Мы готовы и тебя охаять,
Если ты за гривны и рубли
Всех калек собой не осчастливишь
И не дашь энергии любви.

Ты поешь, судачишь – то от Бога,
А Владыки наши Шамбалы?
Разве не четырежды от Бога?
Ты меня за резкости прости.

14.07.2000 г.


5009

НУШЕЛЕТ АШИРГ ЧИВОНАВИ

НЕ ЛЮБИТ НЕБО ТОРОПЛИВЫХ

Не любит Небо торопливых.
Кто скачет быстро – устает.
Нужна работа над собою
И Дух познания сойдет.

А ты, увы, нетерпелива,
Отстоя мыслям не даешь.
Ты вся, как конница в атаке,
Победу саблею берешь.

А надо ли валить все в кучу?
Душа, мол, справится, поймет.
Была бы искорка пожара,
А там, гляди, и полыхнет.

Вот как ты деньги собираешь
Себе на отпуск иль в поход?
Кладешь ты сразу, занимая,
Иль как-то все наоборот?

В долги залезешь – сердце давит;
Сразу все, а где возьмешь?
Пожалуй, лучше не придумать,
Когда по зернышку клюешь.

Вот так и в гору лезут люди,
Тропу находят и маршрут,
В себя возможности заложат,
А уж потом верха берут.

А в одночасье без страховки
Пойдет, пожалуй, новичок
И что ни будь, а поломает,
И опыта всего вершок.

Тот Атаманов же, я чую,
Сам не одну прочел скрижаль,
Чтоб выдать песенную радость.
Ему той радости не жаль.

Вот как ты думаешь, церковник,
Пугая дьяволом меня,
Грехи мирянам отпускает,
Не тянет Карму на себя?

В овечьей шкуре волк бывает,
Кидает бисером слова,
Кресты златые надевает,
Доносы пишет иногда.

Как различить какой я сути?
Сомнений нет, пою и я,
Но только песня чуть другая
Для поднебесного ковра.

Да, я хочу добром ответить,
А где те крайности добра,
Что грани зримые проходят,
Что мною мне и от меня?

Судить другого много легче,
А как поднимется рука
Себя заставить измениться,
Чтоб польза общая была?

Давлю гордыню, а та лезет;
Давлю я ложь, а та ползет
И извивается игриво,
Тебя ж невеждой назовет.

Поступки смотрятся пугливо,
Нарядно слышатся слова,
Порой наглеют, извиваясь,
Как извивается змея.

Вот и сейчас я ими крою
Свое бессилие познать,
Что тлеет нынче за кормою,
Какой швартовки ожидать?

Мы все вот разные такие:
Львы, Девы, Овны и Стрельцы,
Все Козероги, Раки, Рыбы,
Тельцы, Весы и Близнецы.

Со всеми ладить? – захлебнешься,
Коль есть любители вина,
Какой ни будь пахучей дури.
Когда не варит голова.

9.07.2000 г.


5007

НУШЕЛЕТ АШИРГ ЧИВОНАВИ

ПОМНЮ Я

Помню я, мы здесь с тобой ходили.
Нам дорога милою была.
Здесь с тобою песню зачинали,
Чтобы песня крылья нам дала.

Были ль крылья? – были, и какие.
Два могучих, как разбег, крыла.
При полете сердце трепетало.
Два в едином бьют в колокола.

Сколько лет промчалось незаметно.
Я ушел и ты давно ушла,
Но дорога наша не уходит.
И сейчас вот под меня легла.

Спасибо, что была, есть и будешь.
Ты согрей и ту, что здесь была.
Не сердись, что я напоминаю,
Себе нужное ты не сожгла.

Дорогим бывает пепелище,
Коль оно под видом Маяка
Заставляет сердце улыбаться.
Бьется сердце – знать Любовь жива.

Понимаю, мне не дотянуться,
Чтоб сказать последнее «Прости!».
В эту речку не заходят дважды,
Воды этой речки утекли.

Вот и ты, какою нынче стала.
Ты оделась в новые меха
Серого асфальтного покроя
И укрыла рваные бока.

Нас вот здесь машина догоняла,
Крылья забирала, увозя,
Но меня по-прежнему будила,
Близкою разлукою грозя.

И ушла, растаяла Снегурка.

11.07.2000 г.


5008

НУШЕЛЕТ АШИРГ ЧИВОНАВИ
Т А Б А К

Сосет табак и стар, и млад.
Сосет и Гений, и Дурак,
Сосет ребенок школьных лет,
Прокурен кожух и скелет.

Готов терпеть я это зло,
Мне круто в жизни повезло.
Сам не курю и не хочу,
Привычку вредной нахожу.

Но больно видеть, когда зло
Уже до Женщины дошло.
Идет изящное Дитя,
Вся паравозиком дымя.

В красе ей трудно отказать,
Но как таких вот целовать?
А ей рожать, дитя носить,
К дитю любовью исходить.

А вот она ему нутро
Смочила ядом хорошо
И удивляется потом,
Что сын не в детстве золотом.

Дитя хворает, глаз косит.
И памперс есть, а все болит.
Глюкозу вводит, бабку ждет.
Дитя хрипучее орет.


Моя бы воля, был бы рад
Ремнем ту дуру отодрать:
- Мила, пригожа? – не дури,
Привычку скверную гони.

А вы, мужчины, мужики
Побойтесь Бога от души,
Красу земную знать, люби,
Но все курящих обходи.

10.07.2000 г.


5010

НУШЕЛЕТ АШИРГ ЧИВОНАВИ

ЮНОСТЬ

Ах ты Юность моя золотая,
Роза первой горячей любви,
Время первых падений и взлетов,
Время грозной в то время войны.

Воевали отцы, наши братья,
Да и сестры стояли горой.
Мы же только тылы укрепляли,
Голод знали и тлен вековой.

А в итоге за нами Россия,
Словоблудие новых господ,
Что опять же на нищенских шеях
Отмывают нечистый доход.

Запоздало открылись здесь шлюзы
Для духовного роста души.
Приоткрылись такие просторы,
Чтоб на крыльях тебя вознести.

Нет во мне загребущего чувства.
Что дается, беру, не таясь.
Я всему, я всему лишь учуся,
Но порою ломаю дрова.

Июль 2000 г.


5011

НУШЕЛЕТ АШИРГ ЧИВОНАВИ

К  О  С  А

Вот упала на плечи, упала,
Словно чары тугая коса,
А в глазах твоих девичьи слезы,
Изумрудом чудесным горя.

То не горечь, не страх, не обида,
А восторга  незримого тень,
Выход просит любовная нега,
Сердце просит: «Возьми все теперь!».

Ах, какое мгновение было,
Ах, какая вошла новизна
На познание очень большого.
Тело гнулось, как гнется лоза.

Повторить я всего не сумею,
Будет все по-другому, а жаль.
Я запомнил биение сердца,
Заглянувши в чужую Скрижаль.

Вот упала, упала на плечи
Неподвластная больше коса.
Только так вот себя воспевала,
Мол, звала за собой в Небеса.

Знаю , ты мне приснилась, приснилась.
И не будет ни кос, ни плеча.
В лучшем случае тело проснется,
Неподдельные зовы неся.

30.07.2000 г.


5012

НУШЕЛЕТ АШИРГ ЧИВОНАВИ

ПОПРОСИТЬ ВСТРЕЧУ

Быть может, быть может, забыла,
Быть может, быть может, давно,
Быть может, уже разлюбила,
К другому то чувство ушло.

Но помню я встречи былые,
Твою неподдельную страсть.
Зачем мы все это хранили,
Чтоб так одинокими стать?

Была ли ты позже счастливой,
Вопросы не мне задавать.
Тебя же, конечно ж любили,
Но первого чувства не взять.

Не всем улыбается счастье,
Не все порождает тепло.
Два года, что были за нами,
Не сдуются ветром легко.

По ним я равнялся и верил,
Ты компасом чувства была.
В частности были и лучше,
Но не было первого дня.

Возвращать я тебя не пытаюсь.
Увы, для меня ты не та,
Что в сердце моем поселилась,
Чем высшую радость дала.

Все годы прочитаны мною
И каждая книга нова
Какою-то новою страстью,
Что в сердце моем ожила.

Но нет во мне чувства такого,
Чтоб крылья раскрыло свои,
Чтоб к  Небу подняться к Светилу,
Открыв позывные Любви.

А коли забыла, забыла,
И коли забыла давно,
То ты и тогда не любила.
Предательство нишу нашло.

Ошибки прощаются, можно.
Наверное, можно простить,
Но коли предателем стала,
Не стоит того ворошить.

Но как ни звенела тетива,
Ну как не звенела струна
От радости общего дела,
Ты позже Любовью звала.

Мы позже пытались вернуться,
Чтоб рваные струны вязать,
Но не было полной отдачи,
Не стали собой рисковать.

Ты мне не поверила, знаю,
Не верила в чудо, а зря.
Вернуться могло все на круги
Для дачи по новой тепла.

Потом я, тебя обижая,
Пытался интриги плести,
Ловил я чужую Жар-Птицу,
Даря ей лишь крохи любви.

Добиться хотел покаянья,
Чтоб сказаны были слова,
Что больше такого не будет,
Не будешь ты больше слепа.

Теперь за плечами не годы.
Теперь за плечами Года.
Попытка все это  мусолить
Смешна, а порою глупа.

А я возвращаюсь все снова
Уже в неоглядную даль,
Те юные губы целуя,
Любила, забыла, а жаль.

Даруй хоть однажды надежду,
Что встречу подаришь одну
Пройтись нам с тобой по дорогам,
Где нами рождалось: «Люблю!».

Уже я тебе благодарен,
Что ты же когда-то была,
Коль долго годами мне снилась,
Сейчас вот находишь меня.

Я не тот, я не тот, понимаешь?
Обидеть тебя не хочу,
Мне хочется голос услышать,
Увидеть зрачков синеву.

30.07.2000 г.


5013

НУШЕЛЕТ АШИРГ ЧИВОНАВИ

НАЧАЛО АВГУСТА
Вот и Августа крыша над нами,
Синевою небесной горя
От могучего пламени Солнца,
Что сияет так щедро с утра.

Ветерком освежаются лица,
В слабой дреме стоят Тополя,
Лишь о чем-то задумались листья,
Свою зелень округе неся.

Ясный день, но грустинка упала,
Сознает. Что приходит пора,
Когда Лета закончатся сроки,
Станет птицею Осень бедна.

День за днем утекают куда-то,
Лепит Время столетий года,
Коли есть Бесконечное всюду
У Великого Неба Творца.

Я частица Великого Мира.
Надо мною, во мне и за мной
Тлеет Искорка Вечного Бога,
Побуждая учиться душой.

То великое благо свершилось,
Поселяется в сердце мечта
Стать хоть чуточку, чуточку чище,
Зовы Вечного в сердце храня.

1.08.2000 г.


5015

НУШЕЛЕТ АШИРГ ЧИВОНАВИ

Д Р У Г У

Я к тебе обращаюсь здесь, Друже.
Будь в дороге своей налегке,
Не взирая, на страхи и боли,
Если жить не желаешь во тьме.

Верю я, что мы будем, мы будем
На Земле этой тысячи раз,
Если Жизнь будем строить духовно,
Темноту отгоняя от глаз.

Голос сердца стучится набатом,
Это совесть твоя и моя,
Только здесь может все измениться,
Наша Школа вот эта Земля.

Ну не школа, а что ни будь хуже.
Может Ад, что котлами грозит
И вот здесь нам сейчас воздается,
Если совесть годами молчит.

Вот прикинь ты и сразу увидишь,
В жизни этой кому повезло,
И сравни с закромами своими.
То увидишь, не всем повезло.

Кто-то дачи имеет, хоромы,
У постели его доктора,
Да и деньги гребет он лопатой,
Но ему не завидую я.

Для кого-то Чечня это горе,
А ему, меня Боже прости,
Это лишняя бочка валюты,
Он не видит, что руки в крови.

Вот я знаю, в долги ты не лезешь,
И не любишь кому-то давать
Потому, что все потом добыто,
Мол, зачем же на ветер пускать.

Занимает лишь тот, кто не хочет
Головою подумать: «Зачем?»,
Коль придется платить и за это,
А пока он и глух, да и нем.

3.08.2000 г.


5512

НУШЕЛЕТ АШИРГ ЧИВОНАВИ

В Е Р И Г И

Вериги счастья тоже счастье,
Коль порожденное Огнем
Потребует своей оплаты
Тобою созданных долгов.

23.11.2002 г.
5513

НУШЕЛЕТ АШИРГ ЧИВОНАВИ

В Л А Д Ы К А

Един Владыка на Планете.
Зачем менять Его наряд?
Зачем читать чужие книги,
«Святыми» душу забивать?

Как можно Бога рвать на части,
Коль Высший Принцип это Все.
Оно не делится, не тлеет,
А тут на каждого свое.

Смешно представить, чтобы Солнце
Не грело всех, не все подряд,
А выбирало бы Евреев,
Иль Папы Римского наряд.

Земля для Бога суть микроба,
Она собою так мала,
Что не достойна Его взору,
А мы-то тянемся куда?

Мы горло рвать другим готовы.
Не вижу смысла враждовать.
Наверно трудно быть счастливым,
Чтоб чьи-то пятки не кусать.

Война идет за рынки сбыта
Товаров разных и идей,
Не отстает в войне и Церковь,
Чтоб окупалась бы скорей.

Огонь горит везде и всюду.
Людская святость на словах,
Но порождает мир особый.
Следи, чтоб Разум не зачах.

Любую нечисть выжигает
Огнем зажженная свеча
Миров далеких и галактик,
Любовь людская и Душа.

3.12.2002 г.


5519

НУШЕЛЕТ АШИРГ ЧИВОНАВИ

СОЛНЫШКО ЛАСКАЛО

Как сегодня Солнышко ласкало,
Как оно тянулось тут к окну,
Как оно сегодня улыбалось,
Прогоняя хмурь и дремоту.

Так оно ласкалось и в Апреле,
Посылая нежности лучи.
Мы тогда с тобой не удержались,
Откололи краешек Судьбы.


Повторить бы это не однажды,
Повторить бы через тыщи лет,
Повторить бы ну хотя бы завтра,
Чтоб не затерялся этот след.

13.11.2002 г.


5521

НУШЕЛЕТ АШИРГ ЧИВОНАВИ

МЕНЯ НЕ БУДЕТ, НО Я БУДУ

Меня не будет, но я буду
Стоять и подле, над, и под,
Пока не вытравишь из сердца,
Стирая все за годом год.

Но не спеши себя тиранить,
В подобном исповедь нужна,
Но чтобы сердце говорило
И не мешала голова.

А сердце что, оно шептало,
Тянуло в прошлое тебя,
Где ты Любовь свою творила,
Где пробу ставил в этом я.

Мне сладко думать, что ты вхожа,
Мне сладко думать, что пришла.
Я понимаю, что ошиблась,
Что тут трудилась голова.

Вернулась ты без позолоты,
На все взглянув издалека.
В раздумьях вся, а что же дальше?
Прикрыв задумчиво глаза.

И да, и нет, то жар, то холод.
Порой раздумие берет:
Не показалось, что так надо,
Не в спешке ли все так идет.

А что же я, вкусив отравы,
Живу тобою день и два,
И с каждым вдохом понимаю,
У этой песни нет конца.

Я как синичка под окошком,
Когда Зима, и нет тепла.
Я что-то, как-то подбираю,
Что кинет добрая душа.

Вот ты ладони протянула,
А я дареное беру.
В другой раз ты дать забыла,
То я о том кому скажу?

Тебе одной?- ты за и против.
Не далее пятого числа
Ты как мальчишку отхлестала
За то, что лез на Небеса.

Душа ранимая? – не скрою.
Я где не надо поспешил.
Ты принесла свои заботы,
А я к любви тебя клонил.

Надо пить, когда в бокале
Играет, пенится вино.
Тогда и мне оно доступно,
Ты права, что мне дошло.

7.12.2002 г.


5522

НУШЕЛЕТ АШИРГ ЧИВОНАВИ

ПОСМОТРИ, КАК ПАДАЮТ КРАСИВО

Посмотри, как падают красиво
Серебра скользящие лучи,
Что рождают снежные покровы
На груди у Матушки Зимы.

Холод был, гулял он и кусался,
Градусы гонял до Сорока.
Как и я, потом остепенился,
Как и ты, Земля не приняла.

Я не знаю чем же мне гордиться,
Как собою думы пеленать.
То ли мы пустоты заполняем,
То ли нам дороги заметать.


Как шумнуть, чтоб это услыхала
И настрой давала загодя,
Чтоб тебе смешным не показаться,
Чтобы ладить сани  и себя?

Ты меня собою разбудила,
Средь Зимы с берлоги подняла,
Матадора шпагу оголила
И укол изящный нанесла.

Разбудить не так уже и трудно,
Спички возгорания неся,
Если это спички козырные
И сухая пища для костра.

9.12.2002 г.


5523

НУШЕЛЕТ АШИРГ ЧИВОНАВИ

ПЛАЧЕТ НОЧЬ

Плачет Ночь метельными снегами,
Неба суть спустилася к Земле,
Чтобы снег струился тихой гладью,
Прикасаясь бликами ко мне.

Хмуро шепчет Непогодь на ухо:
- Я хмельная, я и холодна.
Посмотрю, как ты стремиться станешь,
Чтоб среда скорее подошла.

Будет что? – и будет ли начало?
Где начало, там и тень конца.
«На ночь ты молилась, Дездемона?
Без твоей активности беда!».

Затепли ты песенную схожесть,
Закуси, коль надо, удила.
Не скажу, что будет Вам удача,
Изойдете щедро на слова!

9.12.2002 г.


5528

НУШЕЛЕТ АШИРГ ЧИВОНАВИ

НАПРАСНО СЕБЕ УКОРЯЕШЬ

Ты напрасно себя укоряешь,
Что собою порой не чиста,
Что с дороги порою уходишь,
Наставляя любимым рога.

Оглянись, а когда же то было?
Ты, коль любишь, себя не несешь
На потребу чужому разврату.
Такой мысли в тебе не найдешь.

Иной раз и подумать бы можно,
Когда в ход запускаешь глаза
И когда твое тело играет,
Прикасаясь чужого бедра.

Но я знаю, обманчиво это,
Раскисать ты собой не годна.
Если что-то, когда-то и будет,
То пойдешь ты по тропке ума.

Так же знаю, что грань существует.
Одинаково мысли грешны,
Коли думы свои запускаешь,
А те выхода там не нашли.

Есть еще уточнение в малом:
Ты идешь на потребу, любя.
Не какой-то животною страстью,
А вот с тем, что волнует сердца.

Грубый я и такие же мысли?
Имитатор купила вдова
И мужчину к себе не пускает.
Она что же собой не грешна?

Для чего же на исповедь ходят?
Облегчение ищут душе,
Ну а ты не за этим приходишь
Наяву, а быть может во сне?

Есть причины, поступки и думы,
Как граница лежит полоса.
Ты за эту черту не заходишь,
Даже мысли не бросишь туда.

Тот, кто должен ответить, найдется.
Ты, как видно, его обрела.

Каждый раз это разные лица,
Но для все оболочка одна.

Он с тобою в ответе на равных,
На двоих, на двоих кружева.
Будет ноша его тяжелее,
Но такая поддержка нужна.

Только ты объясняйся яснее,
Чтоб не путала явь голова.
В этой жизни все с нами уходит,
Чтобы снова вернуться сюда.

Я вернусь к этой думе, вернусь я,
Где должна быть частица твоя,
На дороги житейского Рая,
Приглашаю с собою тебя.

Есть долги у меня, есть надежды.
Ты надежды мои оцени,
Я, быть может, тебе пригожусь я.
Я тебя подожду, приходи.

12.12.2002 г.


5527

НУШЕЛЕТ АШИРГ ЧИВОНАВИ

    Р. Ф. Л.

Сколько в тебе прелести и неги,
Сколько в тебе нежности, тепла,
Сколько озорного, молодого
Ты же своей песней навела.

Не скажу, что ты была святою,
Что собой не грела мужика.
Не скажу, что ты была скупою,
Принца не искала, не ждала.

Но, как только села на диету,
Травки покусала сгоряча,
Сбросила куда-то килограммы
И танцора вмиг приобрела.

9.12.2002 г.


5528

НУШЕЛЕТ АШИРГ ЧИВОНАВИ

МЫ С ТОБОЙ О МНОГОМ ГОВОРИЛИ

Мы с тобой о многом говорили.
В том числе о долге, о судьбе.
Ты себя собою бичевала,
Ярлыки навесивши себе.

Поминали Бога и молитвы,
Где и как мы бьем в колокола,
Чем грешны и как за то воздастся,
И куда уходим мы, куда.

Мысли наши тяжелей поступков.
Мы же, коль желания полны,
Забываем мыслить о поступках.
Значит, на полдела мы легки.

А теперь представь, что ты в постеле,
Рядом нет с тобой уже того,
Что твою же песенность снимает,
А в душе и тяжко, и грешно.

Мысли, мысли копошатся, греют,
Образность почти что наяву
Заставляет сердце твое биться,
В таком виде тянешься ко сну.

Думаю, что это перетянет.
Лучше я в полдела согрешу,
Да и с той, что душу мою греет,
Да и с той, которую люблю.

14, 16.12.2002 г.