9. 04. 2009г Посвящение

Огонь лакает ржу металла,
Вода парит на дне лекала,
Ветер несёт обломки крыш,
Земля вздымает свою пыжь.

Вновь налиты свинцом веки,
Снова предвкушая сон.
Поплыл туманною пелёнкою бельма одетый
От времени усталый взор.
В забытии груз старости юродивой
На время позабудет он.
Забытый начисто рассудок остался где-то,
Нагулявшшись вволь.
От тела  собственного вонь.
Дающий бремя своим детям, внукам
Тебе их  истеричный ор!!!
Матрац, подушка, одеяло
Последними почувствуют
Прижизненный огонь,
И постепенно остывает, с кровати свешена ладонь.

Пламенем объято тело,
Дождя каплю море съело,
Штиль не гонит корабли,
Попробуй твердь угомони!

От времени венцы короба черны,
Затхлостью сырой гнили брёвна удручены.
Мерно кружит избу вода времени-реки.
Скрипяят кривые пола доски,
О пустой сундук, о стенки бьётся
Плавучий редкий скарб, половики.
Льётся холодная жижа через худой порожек,
Но не задерживаясь перекатывается снова наружу
Заставляя поджимать к груди
Умытую стопу судорожной ноги.
Мой плот-изба мрачна, крива,
Избита жизнью, но ещё крепка.
И, кажется течением развернёт, перевернёт,
Вот-вот пойдёт на дно, утонет.
Слегка дрожит, крехтит, накренена.
Но движется, плывёт назад она.

Горит свеча у образа святых.
На лицах горе слёзами умытых.
Сквозняк доносит шёпот –причетание,
Послдним  хоть кинуть горсточку земли, а после отпевание.


Мой плот- это измождённый жизнью я,
Река- не путёвая вся жизнь моя.
И  я, единственный здесь человек, живой!
И боцман, пассажир и рулевой.
Изба бессмысленно вращается в воде,
Не поддаётс управлению,знать быть беде!
Но тихо, мирно, хоть ложись и спи.
Сундук сорвался с места, опять его крепи.
Сижу на нём, он сух.
Вода своим журчанием ласкает немой слух.
А следом за избой
Черна вода хватает лёд,
И по его настилу
Бежит толпа и слышен злобный волчий вой.
Опять мой плот течением поворотило.
В дверном проёме, на берегу стара тайга.
Парит река,- белёсый дым кадила.
Устроила зима рысачие бега-
Деревьев кроны, корни, мох, всё в седь оборотила.
Не видно и следа, кругом снега, снега, снега.
Нещадно глубока, холодна времен-река.
Заполнены бессмыслицей глаза.
Редкую бородку гладит дрожащая рука,
И некому сказать ни «супротив» ни «за».

Солнце снежным зеркалом слепит,
Вода покрыта льдом, скользит.
От ветра пробирает дрожь, озноб,
К земле бы приклонить свой лоб.

Стремнина, перекат и поворот,
Мой плот сильнее закружило, подбросило,
Что-то сильно ударило в борт.
Потянуло, потащило,
Но как-то  сразу улеглось.
Избу окутало тепо,
Темно-дверь закрылась.
Прогнулись, заскрежетали, задрожали
Пола доски о валуны реки,
Поддалась дверь плечу руки.
От удивления расширелись глазниц круги.
Вода в  реке свежа, раздольна,
Через скалы бежит вольно.
Берег зелень одолела,
Свежа трава, деревья до бескрайнего предела.
И радуется светлый взор,
А старость?  Это  сущий вздор!
Охото  петь и танцевать,
(Опять один, твою же мать!!!)
Горланит где-то пьяных рать.

А здесь на близких берегах,
Всё в их следах и тропах.
Деревня, лодки, нет людей.
И полон нос обид соплей,
От невозможности сворота
Туда,  где дом мой и ворота.
С надрывом тянется гормошка,
Не зарастёт травой могильная дорожка.
Как щепь несёт меня река,
К забытии и тлену на века.

Пожаром молодое  сердце бьётся,
Девичья ласка бальзамом льётся.
Витают запахи листвы,
Уведает поросль земли.

Моя река совсем мелка,
Не стыдно ей, она оголена.
Буруны щебечут резво,
Заставяя думать трезво.
Подобрать плавучий шест,
Благая юность во мне есть,
Оттолкнуть упавший лес,-
Бремя собственного вес.
Водовороты лишений, разлук водопады,
Шестом лавирую судьбы перекаты.
Мой плот в уключину забился
И к тверди я рукою прислонился.
Здесь брег узок, но высок.
Мил сердцу оклик дивчины, но так далёк.
Вода стучится в стенку, нет ей места,
Кругом течёт опары поднятое тесто.
Несёт её старушку, вновь
И вкривь и в кось, так что стынет в жилах кровь.

Искра жжёт хлебные поля,
Живительная влага прийдет опосля.
С губ матери любезной сорвался приглушённый стон,
Земля вздыхает в унисон.

Рябью кругов разошёлся дождь по реке.
Осенний паводок млеет в сладостной неге.
Раскатилась вода по округе земной,
Закрыв собой ствол дерева кривой.
Чьи верхушки не хотя трогают плот.
Спрашиваю себя «Здесь ли я  ещё?»
А они вторят «Вот же ты, вот!»
Эхом отдаётся детства звон-
Раскат грозы, смех,

Брызги луж, от детских стоп легион,
За забором, с надрывом, лает на цепи собака,
Звякнуло крышкой ведро,
Что-то беззубым ртом прошамкав,
Встав с табурета протянула  чарку бабка.
Скатилась по щеке струя наскоро выпитого парного молока.
Соседский сад, забором разодранные брючки брата,
Вроссыпь бросилась ребят ватага.
Поймал сосед, за озорство нравоученья,
Родителей словестная атака.
За домом  табачныый куст растёт,
Поочереди курим за углом,
Мать двор метёт.
И резкий петушинный крик
От  мимолётной дрёмы пробуждает в миг.
Остался шлейф от детских сказок сна,
Не развеять его, моя вера крепка.

Слабо дымитсся огарок свечи,
Глотка иссохла,хоть  криком кричи.
Крик этот ветер принесёт,
Тяжёл груз на земь упадёт.

В сенцах слышен колыбельной напев.
С места поднялась, потянулась, зевнула кошка
Своё место согрев.
Маятником качается люлька в такт хода часов,
Сопит розовощёкий младенец
Не слыша говора басов.
Вода времени-реки впадает в океан безмолвья.
Где шепчут голоса судьбы,
Выбрая новую дорогу
Душам, что расстворяются в небытии.
Очищенным, познавшим смысл.
Быть благодарным злому року?
За что?!
Да за свободу!!!
За то, что жил, пусть плохо.
Считал материальные  я блага, крохи!
Не гнушался угнетать людей-
Родных и близких,
Не видя смысла жизни в  них.
Поймут, простят...
Изба моя всё тонет.
Замкнётся круг над ней,- закат, рассвет
На горизонте сольются воедино.
Заново родится жизнь и  изойдётся криком.
09.04.2009г.