Бабушки не плачут

Тщедушна и сгорблена, в свете фонаря с авоськой,
С зонтом, прикрываясь от редких прохожих,
Их любопытства, бьющего отрешенной жалостью,
Мимоходом, брезгливо-квелого, с громоздкой
Радостью за себя в жизни, в своих тесных прихожих,
В мечтах и без них неизменно, с усталостью.
Ее лицо, столь знакомое из другого века,
А, может быть, это в старости я, обведя ту черту,
За которой ни черта не будет. Полузабытье
И рай в сомнениях – есть он или нет у человека.
Спрятав глаза, утираясь платком, - морщины, - готовясь поутру
Ко сну летаргически, безмятежно, в посуде молотьбе.
Сложив зубы на полку, вспоминая-вспоминая… забывая,
В радости от внуков: «дай денег!», «гребись на свалку!»,
Выклянчивая подачки внимания и порции нежности,
Отмеренные в граммах чайной ложкой,  навевая
Тоску. Пересказами сериалов, выстилая дорогу катафалку,
Тихонько в кошмарах крестясь, в неизбежности.
Стена. В бессильных грезах, топких, этой ночью я тоже – прохожая всуе.