Первая засада

Весной всё только к жизни пробуждалось,
И в населенном пункте Белгатой,
В "землянке" духов "масть" зашевелилась
И порешила преподать нам бой.

По информации в деревне той всё чисто,
Задача наша: лишь по улицам пройти,
И, мол, не делать никаких зачисток.
Зайти. Не тронув никого, уйти.

Лоб в лоб идти у них слаба кишка.
Мы не солдаты, кому в тягость "срочка",
Поэтому во фланг из подтишка
Удар, как-будто в бок зашла заточка.

Мы в населенный пункт до середины
Зашли в полурасслабленном "авось".
Тогда смертельный свист зловещей мины
Мне в первый раз услышать довелось.

Нормально мы тогда им накидали в стирку.
Не обошлось, конечно, без потерь,
Но нами ближе к вечеру в кольцо за шкирку
Придавлен плотно был наемный зверь.

Ещё чуть-чуть и мы прихлопнем гадов.
И тут звучит приказ, как из помойки вонь:
Дать "коридор" и не чинить преграду,
Задача выполнена, прекратить огонь.

И с белым флагом враг с личиной "мирный житель"
(Скрипели зубы от досады и обиды),
Одев "гражданку", сняв комуфлированный китель,
На мимо в горы, уползали гниды.

Второй приказ еще чудней (Что за дела?
Война с психушкой, видно, сестры - близнецы):
Битого собрать врага, но не закапывать тела.
Что ж там удамали еще наши "отцы"?

И через день к бандитским трупам на опушку
(Мы в непонятках: что за се явленье?)
С небес присаживаются три "вертушки",
И зрим мы маскарада представленье...

А из "вертушек" выгребаются "бойцы удачи",
Вокруг киношники с аппаратурой,
На "воинах" комки, разгрузки, наверно, от "Версаче".
Все, как один, с серьезной рожей хмурой.

И показав, как враг кладется пачками,
Как труден и жесток бывает бой,
"Бойцы" так увлеклись, что даже чуть испачкались,
Но не до смеха нам, хоть плач, хоть вой.

Мы "духов" до конца ведь не добили,
Нам мораторий непонятен переменой,
За павших пацанов не отомстили,
А в воздухе пропахло все изменой...