Кувалда

 Давным-давно, еще на первом курсе университета, преподаватель объяснял нам принципы действия законов инерции. Тогда он привел интересный пример про человека с кувалдой.
 Кувалды у меня не было. И это первое, что пришло в голову, сразу после случившегося. Уже через секунду, я панически глотал воздух и размахивал руками, пытаясь ухватиться хоть за какую-нибудь неровность, но хватал лишь пустоту. Еще несколько мгновений и размахивать руками уже не имело смысла. Ужас подкатил к горлу и я не понимал, кричу ли я или просто беззвучно открываю рот. Мозг судорожно перебирал возможные решения, но оказавшись во власти стихии, по мощности с которой не сравнится ни одна, из известных на Земле стихий, я был беспомощен. Беспомощен не как ребенок даже, а как клочок туалетной бумаги, который смывают в унитаз, не дав даже толком понять, зачем он, клочок, вообще существовал. Не знаю, сколько времени требуется туалетной бумажке, чтобы смириться со своей участью, но ко мне успокоение пришло довольно быстро. Мышцы расслабились, а дышал я уже так ровно, будто лежал у себя в постели и засыпал. Знакомый и грандиозный пейзаж, плыл перед глазами, как в планетарии или панорамном кинотеатре, где я был единственным зрителем, где все представление было вокруг меня и для меня.
 Раньше, я частенько задумывался над тем, что-бы я делал, если бы узнал, что умру через год, месяц или даже через неделю? Чему бы посвятил, то драгоценное время, отведенное мне до конца? У меня даже были годные мысли на этот счет! Но кто бы мог подумать, что однажды, я попаду в ситуацию, в которой жить мне остается уже меньше пятнадцати минут.
 Наверное, случись это при других обстоятельствах, я бы успел написать записку, в которой извинился бы перед всеми и признался бы в любви всем, кому боялся признаться в этом раньше. А за минуту до конца отведенного мне времени, я бы САМ выбросился из окна! О да! Я бы знатно наебал систему! Последний протестующий визг свиньи, за секунду до того, как нож коснется артерии! Визг, полный презрения к убийцам и к их бессмысленной жестокости.
 Однако, в моем нынешнем положении, даже такую смерть я не смог бы себе позволить. Нет, нет, в плане визга и презрения - вполне себе осуществимо, но вот записку писать нечем и не на чем. Да и прочесть ее бы никто не смог... Эталонный ****ец.
 Я подумал, что раз я нашел в себе силы, смириться с неминуемой смертью, то не будет ли правильным сейчас, смириться со всем, с чем я не смог смириться раньше? В жизни, я часто был таким упертым, таким непробиваемо тупым, когда отвергал очевидные и железные аргументы, действуя в угоду своему самолюбию.
 Все-таки да, тому парню, Степану, той школьной выскочке, который всегда сидел за первой партой, математические задачи давались легче чем мне! Да и вообще он был умнее. Да, я не забирал мелочь на сдачу в магазине, не потому что был богат и не нуждался в ней, а потому-что хотел, чтобы так думали другие! Да, я знаю, что Алиса мне всегда изменяла, глупо было этого не замечать! И да... Да! Я никогда по-настоящему ее не любил...
 Ход моих мыслей прервался и в движущемся передо мной пейзаже, которым я сотню раз любовался из иллюминатора, что-то неуловимо изменилось. Вокруг все та же, бесчисленная россыпь звезд, но что-то заставило меня взглянуть на них совсем по-другому. Я понял, что всю жизнь до этого момента, я смотрел не на звезды! Всю свою жизнь, я восторгался лишь бесконечной пустотой между ними. И в космос я полетел не к звездам, а к пустоте, безжизненной и холодной. Как мне удавалось так долго обманывать себя?! Как я мог не замечать их истинной красоты?! Той скрытой, на первый взгляд, красоты, которая заключается не в мерцании и спектре, а в их вечности, в их свидетельстве гибели целых миров, в их безразличии к судьбе великого, но жалкого человека, парящего в открытом космосе.
Как же я был глуп и как же больно осознавать это, лишь тогда, когда стоишь на пороге собственной смерти. Наверное то же испытывает отец семейства, лежащий на смертном одре, когда вместо родственников, любящих детей и внуков, в изголовье стоит лишь один человек в черном, по виду то ли врач, то ли адвокат и констатирует: "Гордиться тебе нечем! Сыновья твои - дегенераты, один - наркоман, другой сидит за изнасилование. Впрочем, не от тебя они вовсе, а от соседа. Дом, который ты строил полжизни, стоял на болоте и в силу ущербности конструкции, рассыпался и сгнил, а научная теория, разработке и доказательству  которой ты посвятил всего себя, позавчера была опровергнута студентом-четверокурсником... В общем ты мудак, и ни *** в своей жизни не сделал. И вообще, ты меня бесишь. Сука."

Космическая станция, от которой я оторвался, уже превратилась в серебристую точку вдалеке, когда впервые за весь мой свободный полет, перед глазами начала проплывать Земля. Земля с миллиардами людей, даже не подозревающих о трагедии человека оказавшегося в губительной пустоте. Пустоте к которой ошибочно стремятся все они, живущие, не ведающие и блаженные.
 
Оказавшись в открытом космосе с кувалдой, человек отбросив ее от себя - двинется в направлении противоположном направлению полета кувалды. Так говорил наш преподаватель. Возможно, в тот роковой момент, этого хватило бы на то, чтобы я смог ухватиться за одну из скоб, на корпусе нашей станции. Но кувалды у меня не было.
 Зато воздуха стало заметно не хватать.
 В центре подготовки, на Земле, старые космонавты говорили, что оторвавшись от станции, лучше разгерметизировать скафандр, чем мучительно погибать от нехватки воздуха. Но разве кто-то из них это проверял? Я надвинул непрозрачный светофильтр на шлемовое стекло и в его отражении увидел себя, умиротворенного и улыбающегося.