Глава 4 Сказка Васьки

«Было это иль не было,
То моя башка забыла.

Жил-был славный царь Дадон.
Смолоду был тормоз он.

И соседям то и дело
Он стучал по яйцам смело.

Но под старость охуел,
Больше драться не хотел,

А соседи, еб их мать,
Многочисленную рать

Повели к его границе.
Та, желая залупиться,

Шустро двинулась в поход,
Разъебать татар тех в рот!

Зарыдал тут царь Дадон,
Пожевал с мочой гандон

И, чтоб знать, что делать надо,
Чуть повиливая задом,

Обратился к мудрецу.
Тот подполз к его крыльцу

С косяком  и самогоном,
Поклонился пред Дадоном,

Встал и вынул из мешка
Негритоса-петушка:

«Посади ты эту «птицу»
Жопой на златую спицу,

Что на башенке маячит.
Только враг твой похуячит,

Этот нигер тот же час
Знак тебе о том подаст:

Закричит и встрепенется,
С колокольни набнется,

Покряхтит  попердит –
В общем, он предупредит,

Если что в стране случится.
Вот такая нигер «птица»!»

Царь скопца благодарит,
Литры выпивки сулит:

«За такое вот за дело,-
Говорит он охуело,-

Волю первую твою
Я исполню, как свою!»

Негритос с Кремлевской башни
Стал стеречь леса и пашни.

Только враг себя покажет,
Нигер пернет, громко скажет

Вмиг Дадону-мудаку:
«Эй, ты там! Кири-куку!»

И соседи охуели,
Воевать уже не смели.

Год, другой проходят мирно,
Нигретос сидит все смирно,

Но однажды как-то утром,
Занимаясь кама-сутрой,

Царь Дадон услышал вдруг:
На шесте вопит петух.

Царь на мавров войско шлет,
Старший сын его ведет.

Негритос угомонился,
Попердел и отключился.

Вот проходит …адцать дней,
А от войска нет вестей,

Негритос пердит опять,
Кличет царь другую рать.

Сына он теперь меньшого
Шлет на выручку большого.

Снова …адцать дней проходит,
Снова нигер жопой водит

И, как лох, пердит опять.
Царь сзывает третью рать.

Растудыть твое скакало!
Сделав каменным ****о,

Войско двинулось в поход.
Во главе сам царь идет.

Уж десятый день как смылся,
Царь не срал и не мочился!

Вдруг промеж высоких гор
Видит их ***в шатер.

Что за жуткая картина!
Перед ним его два сына,

На мудях они висят
И зловоние плодят.

Зарыдал тут царь средь гор,
Завопил. И вдруг шатер

Распахнулся, и девица –
Всемдающая царица ,-

Вся желанием горя,
Показала для царя

Свои титьки и ****енку,
Ухватила за мошонку,

Царь не долго горевал
И ту девку отодрал.

Вот уж едет в путь обратный
Со своею силой ратной
И со шлюхой молодой,
Но с глубокою ****ой.

Заезжает царь в столицу.
Начал громко материться

Он от радости тот час,
Так уж водится у нас,

А царица дойки мяла,
Улыбаяся ****ом.

Всем доволен царь Дадон!
Вдруг в толпе увидел он:

В гимнастерке грязно-белой,
Весь, как жопа, загорелый,

Старый друг его скопец
Чесал место, где конец

До кастрации болтался,
А теперь лишь прыщ остался.

«Царь! – приветствовал мудрец. –
Разочтемся наконец!

Помнишь, мне за негритоса
Обещал ты – без вопросов!-

Волю первую мою
Что исполнишь, как свою?

Подари ж ты мне девицу,
Всемдающую царицу!»

Царь вспотел. Такой облом!
Как исправить это дело?
****анул скопца жезлом
Так, что жопа отлетела!

И такое тут случилось,
Что Москва вся обмочилась!

На глазах у всей столицы
Негритос слетел со спицы,

Пред Дадоном покружил
И за яйца укусил.

Поимел бы уваженье!
Умер царь от зараженья!»