***

"Горбатого исправит могила"
Ты говорила.
Я просто слушал.
Смотрел на твои ноги и слабо покусывал губы
В порыве возвышенных чувств.
Ты вечно твердила,
Про то, что есть люди,
"неисправимо убоги, грязны, отвратительны."
Я отвечал что-то вроде "сомнительно"
И снова тащил тебя в душ.

"Мозги очень трудно лечить"
И опять начинала строчить.
Свои глупые-глупые рифмы.
А я обнимал твои плечи и гладил по шее
Стараясь держать в себе похоть,
Но похоть не приручить,
Она всегда выше\сильнее,
Так думал тогда...сейчас её нет.
Так хочется выключить свет
И снова услышать твой шепот.

Но как только закрою глаза.
Просыпается сука-тоска.
Вспоминаются странные образы.
Твоё тело в гробу, горсть земли, чей-то плач
Дождь и сильное сердцебиение.
Верю, что твоя чудо-душа
И безмолвный небесный скрипач
Встретились, стали славным дуэтом.
Как в парке...тем самым летом.

 "Горбатого исправит могила"
Ты говорила.
Я просто слушал.
Смотрел на твои ноги и слабо покусывал губы
В порыве возвышенных чувств.
Ты вечно твердила,
Про то, что есть люди,
"неисправимо убоги, грязны, отвратительны."
Я отвечал что-то вроде "сомнительно"
И снова тащил тебя в душ.

"Мозги очень трудно лечить"
И опять начинала строчить.
Свои глупые-глупые рифмы.
А я обнимал твои плечи и гладил по шее
Стараясь держать в себе похоть,
Но похоть не приручить,
Она всегда выше\сильнее,
Так думал тогда...сейчас её нет.
Так хочется выключить свет
И снова услышать твой шепот.

Но как только закрою глаза.
Просыпается сука-тоска.
Вспоминаются странные образы.
Твоё тело в гробу, горсть земли, чей-то плач
Дождь и сильное сердцебиение.
Верю, что твоя чудо-душа
И безмолвный небесный скрипач
Встретились, стали славным дуэтом.
Как в парке...тем самым летом.


Да. Вымаливаю прощение.