Заявление о приеме на службу

Кто ты? Ты тварь дрожащая или право имеешь? Человек, вернее, нелюдь, убийца, преступивший высший закон, отнявший жизнь другого человека, иного существа, живого существа, проливший кровь невинную, не по незнанию, а сознательно, злонамеренно, не на войне, защищая родину, свою семью, друзей, народ свой, но так, из-за угла, в спину, подло, мерзко, разве не повинен он, разве не достоин он адекватного наказания? Жизнь за жизнь и смерть за смерть…
Но разве этот убийца одинок? Разве он и есть то самое страшное зло, что вольготно бытует в мире? В нашем мире. Среди нас…
Отнюдь! И разве тяжесть содеянного им сопоставима с ежедневным и непрекращающимся мучительством бескровным? Убийца, что? Он только лишь один раз убивает. Пусть даже он и пятьдесят раз воткнул в свою жертву нож.
Мои пятнадцать ножевых оставят место для живых, пел Саша Чернецкий, скрученный тяжелым недугом в дугу. Какая разница, пятнадцать или пятьдесят, или просто один меткий удар. Прямо в сердце. Да, с пятьюдесятью ударами ты проживешь немного дольше. Побольше мучаясь. Истекая кровью. Как это случилось с одним коллегой…
Кто-то сказал, что просил легкой жизни у Бога. Дурак! Лучше бы попросил легкой смерти. А бывает ли она? Легкой…
В общем, как бы ни был жесток убийца, но он ведь убивает всего лишь один раз. Пусть даже и втыкает нож свой раз пятнадцать или пятьдесят. И ты, как ритуально закланное животное, истекаешь до последней капли. Больно! А что делать всем нелегко. Жизнь такая…
И вот сравните этого мелкого беса с крупной акулой. Этого кустаря-одиночку, пусть самого Чикатилло. Но как же он мелок по масштабам своих злодеяний. По сравнению с каким-нибудь тихим упырем. С начальничком, неважно, ЖЭКа или твоей конторы, с королевой английской или же с президентом твоей южно-артезианской республики. Где ты каждый божий день и каждую безумную ночь чувствуешь себя униженным, оскорбленным, обобранным, оплеванным. Разве преступление неправедных властителей, господ, хозяев мира и жизни этой, князей злонравных, не превышают по тяжести, совокупной тяжести, преступления убийцы-одиночки? Пусть даже он и серийный маньяк…
Ведь он убил нескольких, от силы десяток, ну два.
Это не цинизм, и не адская бухгалтерия. Каждая жертва это боль, кровь и слезы. Но убийца-одиночка и тот, кто давит, мучает, унижает, насилует волю, развращает, приносит мучения тысячам и миллионам, из-за которого кто-то кончает с собой, другие умирают преждевременно, от инфаркта, или тупо забодавшись о кирпичную стену, разве такие тираны, тиранчики и тиранчата свиты совершают менее тяжкие преступления, чем откровенный маньяк?
И прав ли ты, взявший в руки меч или плеть, или вилы, или простой пролетарский булыжник., дабы оградить, защитить себя, свою семью, жену, детей, своих соседей и друзей, народ свой, родину? Тебе не хотелось стать исполнителем наказаний?
Есть такой орган – Управление исполнения наказаний. Сокращенно УИН. Интересно, как звучит эта аббревиатура в Харькове, Хабаровске, Харбине и Хацапетовке?
По воспоминаниям людей, прошедших ад, там их мучили специальные служители бога смерти. Бесстрастные и молчаливые. О, как же велика была злость и ненависть страдальцев к своим мучителям! Обжариваемые на сковородах, варимые в кипятке, они забывали, как и кого сами измучили до смерти…
Каково же удивление было, когда осужденные гореть живьем наблюдали за своими мучителями на отдыхе. В час перекура. Всегдашняя бесстрастность, отстраненность, безразличность и неумолимость исчезали. Они шутили, смеялись, общались меж собой. И понял грешник, что никакой личной злобы или неприязни к нему ангел смерти не испытывает. Потому и бесстрастен. Работа такая. Просто у него такая служба. А у нас всякий труд в почете.
И сказал сам себе, а сумел бы и ты так же отрешенно, без эмоций, помешивать уголек, да подливать кипяток?
Кто-то работает вахтовым методом. Месяц в поле, на рудниках, месяц дома. Или два на два. Персефона вот вообще по полгода пашет. То в Аду, то на Земле. Работа такая. А ты смог бы завербоваться в ангелы Ада? Чтобы просто исполнять наказания, назначенные высшим судом?...
Как там ад в скандинавской мифологии звался? Хель? А в английском, Хелл? и Хельсинки не оттуда ли?
Вот теперь-то я знаю, как звучала бы аббревиатура Управления исполнения наказания в столице Финляндии, или же в скандинавском аду. И ей-Богу, если мы действительно выбираем себе судьбу, я бы завербовался в ведомство Персефоны…

17. 02. 2012 г.