***

Не все ли равно, с кем пить по утрам боржоми,
стареть, целоваться и верить в любовь до гроба.
Мэрилин, Брунгильда иль смугленькая Наоми -
в передниках обе, и в рукаве зазноба.

Томление плоти не все ли равно с кем плавить,
вплетаясь подручным в рисунок китайской кисти,
и, по периметру Питера двигаясь плавно,
мурлыкать в наушниках: beby, осталовиста...

Любовь притаилась любийцей в обьятьях улиц,
где каждый готов предоставить свою квартиру.
А ей - только в поле, нору там руками вырыть
и тихо сидеть, пока ветер не свистнет: улли...

Она все бледнеет, как школьница перед папой,
который уверен давно: все актрисы - шлюхи.
Она гасит свет на какой-то по счету кухне,
и утро ее обнимает шершавой лапой.


Рецензии