Баллада о рыцаре Храма короля

Из цикла "Альбион".

Две феи Печали стояли у трона,
Испуганный страж в старый гонг долго бил.               
На полке каминной лежала корона,
поленья трещали,
глашатай трубил.          
В год Рыжей Лисы, очумелой и злобной,               
звал колокол: черное время пришло,
из бездны оно появилось безмолвно,
и вереск увял.
И оскалилось Зло,
убило рассветы, украло надежды
и чуждые знаки придало словам.
Знать, Мерлин** сомкнул утомленные вежды,
не зная, что тащится
Зло по холмам.   
Угрюмая мгла расползалась клоками,               
свирепые вепри в лесах, как напасть,               
собак на тропе раздирали клыками,
но Храм короля
ехал Эрвин* спасать!   
Оставив бахвальство, пиры и турниры,
улыбки красавиц, венки юных дев,
решительно снял рыцарь маску задиры,
швырнул ее прочь,
лицемерье презрев!               
Клубились в ущельях туманы тревожно,       
над розовым вереском плыло: «Прости!»               
Вдаль сердце позвало. Дым родины – в прошлом.      
И Храм короля
рыцарь должен спасти!   
               
*

Он прибыл.
В горах заходились метели,
оскалом рябым ухмылялась луна.               
Золою кровавою угли дотлели         
в усталых кострах,
и затихла струна
волнующей лютни, что радость дарила,
сзывая с турнира за праздничный стол.               
Угасла пиров легкокрылая сила,
оставив  злой морок,
тревогу и стон!      
Заплаканной искрой сверкнула зарница,
Скулила в лохмотьях безглазая ночь,               
Костер угасал. «Эй, не надо таиться!               
Я – Эрвин из Йорка,
Пришел вам помочь!
Все – в Храм короля, в дорогую обитель!
Что толку роптать, безнадегу кляня?               
Идите за мною и копья берите!
Наш Мерлин - со мной».
Только блики огня
на стали меча тщетный зов увенчали,
в ответ – треск ветвей… тишина… скорбный вой.
Поникли в тревоге две феи Печали,
а Зло ухмыльнулось.
Но ринулся в бой
без трепета рыцарь, надвинув забрало!               
Звенели мечи, жадно щерилась смерть
и горькую жертву к рукам прибирала.
Вползал воровски
запоздалый рассвет.
Последние силы! Рука - на булате,
И конь вороной закусил удила.
Последние силы - жестокой расплате.
Повержено Зло!
Ночь рассвет родила! 
В сиреневом сумраке стих звук рыданий,               
и рыцарь устало спросил у небес
не эля хмельного, не хлеба, не дани -               
надежду на Свет.
И – о, чудо чудес!               
С отвесной скалы на ковре шелестящем
из тучи ликующих трепетных крыл
сошел юный День в полумраке дрожащем
и куполом ясным
над лесом застыл.
А с полуослепшей в печали денницы
пролился на Эрвина радостный Свет.
«Будь славен, наш юноша - доблестный рыцарь!» -
кричала толпа.
И зацвел бересклет! 
               
*

Так пел менестрель королевского Храма,
звенел тамбурин, веселился народ.
А рыцарь чтил честь, не любил фимиама,
к холмам возвращался, где вереск цветет.


       



*Эрвин – рыцарь Храма, рыцарь Креста и Чаши.
**Мерлин — в британском цикле легенд мудрец и волшебник кельтских мифов, наставник и помощник короля Артура.