***

кто-то снова играет роли, чтобы меня стошнило
как светом в лицо и с неба долбоеб бескрылый
это не злоба, а недостаток хорошего сна
как не видно неба, так не видно бездне дна
и счетчик зашкаливает стрелкой в числе глупых истерик
давай по факту:
не стучаться в наглухо закрытые двери
это правило, как пальцем приложить к губам
замолчать и не помнить, не веря глупым словам
ведь слова всего сотрясание воздуха звуком
воспринять на веру и любить, пожалуй, наверное ухом
писать стихи вечерами, выискивав рифмы кисло и сложно

а поиск осел до нуля, как падает ртутная стрелка дотошно
на улицу: в снег, в свет фонарей, вдоль кучи кафешек,
на зеленый и вдоль по мосту бежать без задержек
догонять трамваи, срывая с головы зимнюю шапку,
и мечтать, пожалуй, только мечтать о весне по легкому такту

томно прятать глаза под одеялом уставших морщинистых век
и считать, наверное, что жизнь - это только забег
забег не на время, не на качество быта, как вбитая рама,
не на скорость прожога зеленых в пустоту и рекламу
а, скорее всего, забег на то, что осталось
хоть совсем ничего, разве что самую малость,
оставив не вечный, но ощутимо глубокий след
в сердце чьем-то точно поселится мысль, что меня уже нет

проснется в ужасе кто-то, что меня не только стошнило
и в холодном поту воспоминание о ком-то застыло
это не боль, не печаль и даже не отсутствие сна
это то, от чего не видно грани неба и конечного плоского дна