Белоруссия двадцать лет спустя

Белый аист летит над полесьем болот,
 Заповедный  напев, Беловежская пуща.
 Так до боли обидно, что начало берёт
 Тут смердящий исток всесоюзного путча.
 
Тут Советский Союз весь пустили ко дну,
 По-иудски легко и предательски ловко.
 Три народных врага разодрали страну
Под стаканов трезвон, за бутылкой «зубровки».

И теперь в Беларуси – бедлам да напасть:
 На заводах чума, развалились колхозы,
 И не косит уже конюшину тут Ясь,
 И в гаях  не шумят над Олесей берёзы.
 
ТракторА «Беларусь» переедены ржёй,
 Захирели цеха и плантации бульбы,
 ЭнтропИя растёт, всюду полный застой,
 Лишь осот и камыш разрастаются бурно.   
 
Покосила болезнь поросячьи стадА,
 И молочных пород передохли коровы.
 В несусветных руинах лежат городА:
 Окочурился Менск и кранты Могилёву.
 
Среди топей живёт горстка диких племён,
 Составлявших народ белорусский доселе,
 Ни фамилий уж нету давно, не имён,
 Существуют на дне, без мотивов и целей.
 
Что им Янка Купала, что  Колос Якуб?
 Ведь способность читать навсегда позабыта.
 Не слетают слова с разучившихся губ,
 Лишь мычанье в трясине пещерного быта.
 
К этим людям пришел от злодейки - судьбы
 Только мрачный закат – ни рассвета, ни Утра,
Собирают в лесах корешки и грибы,
 Да охоту ведут на последнего зубра.
 
Этот древний народ беспощадный их рок
 Словно мамонтов тех из истории вычел,
И теперь пролетая родимый порог,
 Белый аист грустит и лишь слёзно курлычет…