* Посвящается поэтам, закрывшим свою страницу, в частности непревзойденному острослову Арсению Разорвакину и Олегу Кириллицыну - Воланду и Мастеру в одном лице.
Непонятная горечь душила друзей.
И пока они пели – он спал.
Он всю горечь, рожденную крошевом стен,
С вдохновением перечитал.
Он однажды ушел, он однажды пропал,
Никому ничего не сказав.
Он давно это сам, предсказал это сам,
И как всякий поэт – он был прав.
Он был связан бедою, бедою – рудой,
Виннокрасной как море, как боль.
Пелена на глазах, и земля под пятой,
И в груди – узелок золотой.
То, что жгло пустоту, заплеталось в золу
Его длинных прекрасных волос.
На последнем дыханье, последнем ладу –
Убеганье любви под откос.
Так какая-то сволочь на этой земле
Всё решила – а он всё узнал.
Непонятная горечь душила друзей.
И пока они пели – он спал.
Пропавший без вести
© Copyright: Евгения Алексеева 3, 2011
Свидетельство о публикации №111122703051
Свидетельство о публикации №111122703051
Рецензии
