Сегрегатор

Они строили дом, у них это споро получалось. Летели щепки. Балки ложились ровно, как плитки шоколада, а ровные доски блестели на солнце.
Был уже октябрь. Сухо.
Елена Сергеевна готовила мужу обед. Во дворе суетились дети.
Ничто не предвещало беды. А ее и и не случилось. Наоборот, Ивана Даниловича повысили, и он стал носить громкое звание - сегрегатор леспромхоза.
Что такое сегрегатор не знал никто, может быть такого слова вообще нет, и я его выдумал, но звучит.Теперь Иван должен был ходить с кожаной папкой и делать серьезное лицо перед соседями.
Чем занимался леспромхоз, в деревне знали все, а в самом заведении, пожалуй, никто. Семь секретарей чинно перекладывали бумаги с места на место и ставили витиеватые подписи под длинными столбцами цифр.Восьмой стол пустовал, и на нём лежали рулоны бумаги.
Мухи одолевали всех, хотя они были достаточно сонными, но все равно их были тучи, и они роились возле Вероники Игоревны, потому что та постоянно грызла яблоки, и гора огрызков на бланке росла.
Скрипнула дверь, и тотчас застучали машинки, и мухи, испуганно вспорхнув, бросились на входящего.
-Здравствуйте, девоньки!
-Здароввица и вам, Иван Данилыч, как выходные, как Игорек?
Игорек намедни вроде приболел, и, как в любой деревне, об этом знали все, тем более о сыне сегрегатора.
-Сегодня мы начнём новую жизнь, - сказал уставше, тусклым голосом Данилыч и постучал линейкой по подоконнику, глядя на летевшие щепки.
Женщины знали, что новая жизнь - это хорошо забытая старая, но удивились, увидев на пиджаке начальника новый значок.
Маруськи переглянулись, зазвенели стёкла, и в небе промчался самолет.
Эдуард Ермилин, лето 1992 год