Лужные воды на асфальте растаяли,

всю ноч курил клешня дрожжала
и пепел сыпался на стол
вчера у рака подтвердился
диагноз страшный человек


Лужные воды на асфальте растаяли,
Ем бутерброды, чтобы деньги причалили.
Схему составил своих поражений
И улыбаюсь, как много движений.
Столбиком выделю - цели, задачи.
Что я достиг? Нет от счастья не плачу.
Что бы хотелось мне? Список готов!
Кто хочет спонсором быть моих снов?

Перечислять полный список не стану.
Очень велик он. Вдруг я устану?
Хотя уставать не мой прецедент...
Кто со мной вместе, получит процент)
Все принимаю. Пишите на ящик,
Хрустнул в руке, заторможенный хрящик.
Он не устал, ему хочется пить...
Жажду его я спешу утолить.

Вижу мотивов моих заблуждений,
К ним добавляю щепотку терпений.
Щедро заправлю все розой ветров
И обойдусь без осмысленных слов.
Жидкой похлебкой наполнится брюхо,
Скоро куплю себе новое ухо.
И растворится сумбур заявлений,
И напишу еще триста творений.

          ***

Валять дурака

В старину «валять» означало валять шерсть — процесс долгий, утомительный и монотонный. В какой-то момент дураков в деревне стали отправлять «валять» как наказание — бесполезное, но тяжёлое дело. Так фраза стала обозначать притворное или пустое занятие.

          ***


Страдания нашего Господа во дворе Пилата... Осуждение Его на распятие... Несение креста... Симон Киринейский... (Мф.27:26–32)

  Прежде чем произнести смертный приговор над Господом Иисусом Христом, Пилат приказал бичевать Его. ТОГДА, – говорит святой Матфей, – ОТПУСТИЛ ИМ ВАРАВВУ, А ИИСУСА, БИВ (сначала подвергнул бичеванию, надеясь этим страшным наказанием утолить ярость врагов Иисусовых, и только уже тогда, когда ему не удалось возбудить в них жалость), он ПРЕДАЛ Его им НА РАСПЯТИЕ. Святые евангелисты не передают нам всех ужасных подробностей этого наказания: эти подробности хорошо известны первым христианам. Бичевание было и у иудеев, но не такое жестокое, как у язычников. У иудеев не дозволялось делать более тридцати девяти ударов обвиненному; у язычников не было определено число ударов: воины обнажали осужденного до пояса, привязывали к столбу и били трехконечными ременными бичами, сколько хотели. В эти бичи местами вплетены были острые косточки, свинцовые или железные наконечники, которыми рвали тело бичуемого до костей. Многие бичуемые и умирали под бичами. Это наказание было так жестоко, так позорно, что ему подвергались только рабы. И таким-то страшным наказанием Пилат хотел угодить врагам нашего Господа! Нет сомнения, что жестокие римские воины, ненавидевшие иудеев, рады были выместить свою злобу на этот народ на Том, Кого они считали Царем Иудейским. ТОГДА, – говорит святой евангелист, – ВОИНЫ ПРАВИТЕЛЯ, ВЗЯВ ИИСУСА В ПРЕТОРИЮ (судилище преторское), отвели Его с Лифостротона, с каменного помоста, внутрь двора, в преторию, и СОБРАЛИ НА НЕГО ВЕСЬ ПОЛК, который состоял обыкновенно из двухсот или шестисот человек, – созвали всех незанятых товарищей, чтобы всем обществом потешиться над Царем Иудейским. Святые евангелисты не говорят, что Господь был привязан к столбу, но несомненно, что это было именно так.

  Блж. Иероним говорит, что он видел столб, орошенный кровью Господа, у которого Он был привязан и бит, и святитель Златоуст упоминает о деревянном столбе в Иерусалиме, где был привязан и бит бичами Иисус Христос. Сердце содрогается, когда представишь себе, какие муки претерпел при этом наш Спаситель... И, РАЗДЕВ ЕГО, стали наносить Ему по обнаженному телу страшные удары... Но грубые римские солдаты не ограничились и этим наказанием: они вздумали устроить для себя дикую потеху, издеваясь над Божественным Страдальцем, как над Царем Иудейским. Насытив свою жестокость, они от мучений перешли к насмешкам. Им вздумалось заставить Божественного Узника представить из Себя Царя, возводимого на царское достоинство. Для этого НАДЕЛИ НА НЕГО БАГРЯНИЦУ, накинули на Его обнаженное, покрытое ранами, истекающее кровью тело красный плащ, который обыкновенно застегивался на правом плече, закрывая половину тела, так что правая рука оставалась свободной. Красный плащ носили только цари и военачальники, и вот, солдаты отыскали где-то заброшенный, ни к чему негодный, грязный плащ, чтобы сильнее выразить свое презрение к Царю Иудейскому. Так одет теперь был Тот, Кто одевается «светом яко ризою!» (Пс.;103:2). Нашли и венец для Иудейского Царя; И, СПЛЕТШИ ВЕНЕЦ ИЗ ТЕРНА, ВОЗЛОЖИЛИ ЕМУ НА ГОЛОВУ... Недоставало только последнего знака царской власти – скипетра; нашли и скипетр: И ДАЛИ ЕМУ В ПРАВУЮ РУКУ ТРОСТЬ, вложили Ему в правую руку палку из тростника, который похож на наш тростник, только толще и крепче. После такого, мнимо царского облачения, которое само по себе уже было горькой насмешкой, начались ругательства, самые грубые. На Востоке царям оказывали честь, падая на колени; то же стали делать теперь и воины: И, СТАНОВЯСЬ ПРЕД НИМ НА КОЛЕНИ, НАСМЕХАЛИСЬ, издевались НАД НИМ... Как римскому императору в торжественных случаях кричали: «Да здравствует император!», так теперь и нашему Господу с наглыми насмешками кричали, ГОВОРЯ: РАДУЙСЯ, ЦАРЬ ИУДЕЙСКИЙ! И в знак презрения ПЛЕВАЛИ НА НЕГО, прямо в пречистое лице Его, И, ВЗЯВ ТРОСТЬ (брали у Него из связанных, дрожавших от изнеможения рук Его трость), БИЛИ ЕГО ПО ГОЛОВЕ этой тростью, от…



                ***


Удивительно устроено русское сердце, столь велика в нем жажда встречи с родной душой, столь неистребима вера в возможность такой встречи, что готова она распахнуться бескорыстно перед каждым, довериться любому, веруя свято, что каждый и всякий сам способен на столь же беззаветную открытость. Готовое вместить в себя все души мира как родные, понять их, братски сострадать ближнему и дальнему – до всего-то есть ему дело, всему-то и каждому найдется в нем место. И как бы ни велики или безбрежны казались обиды его или оскорбление, всегда останется в нем место для прощения, словно есть в нем некий тайный, недоступный никому уголок и теплится в нем свет неугасимый.

 .                 Ф. М. Достоевский