Глубина

               
Хочется петь на незнакомом языке, когда сам звук, который выбирает сознание, несет смысл бытия, отключая логическое мышление, когда вибрация, проникая внутрь, тебя захватывает и переворачивает все внутри, а, затихая,  оставляет след в уме, как в небе. Лишь след.

Уже нет  слов, мыслей, одна всепроникающая глубина. И в этой глубине имеет место родиться и быть любой звук. Глубина не имеет предпочтений. Она вмещает в себя шум дороги,  рев бензопилы, гоготанье гусей и  шепот деревьев. Звуки рождаются и плывут, взаимодействуют и тают.
Так же проявляется в глубине свет, цвет, обретая плотность и форму колоска, сосны, женщины, лежащей на поле со взглядом, устремленным внутрь себя.
Глубина становится чем-то самостоятельно существующим, осознающим одновременно мерные покачивания колосьев на поле, стремление сосны к солнцу и намерение женщины прикоснуться к своей сути.