Франциско Гойя

Я в Лувре. На стене – Франциско Гойя. И зашуршала старой Парки нить,
Та нить, что нас, потомков Кайнозоя, связала с грешным выбором убить.

Стою, не двигаясь. Слетает дух с налоя и свет в окне пульсирует слегка,
Лаская лик распятого изгоя, распятого похоже на века.

Темнеет. Снова греческая Троя героев оглашает, не спеша.
А что нам остается от героя? Победы... Честь ли, вера ли, душа?

Пойду в буфет и, сонно руки моя, припомню капли датского аниса –
Тот сладкий вкус советского застоя... Очнусь и закажу стакан Пастиса.

Сижу одна. Неужто паранойя?! Не надо в Лувр так часто заходить -
Склонился над столом оглохший Гойя и красит красным дьявольскую нить.

Обратно в зал! Чудовищ матом кроя, восстану я как Феникс из огня,
И пусть, пускай все монстры мэтра Гояй обрушатся пожаром на меня!

Иду на воздух, нету мне покоя: "Зачем ты тёр кармином эту нить?"
"Завис на ней священный ковчег Ноя, пока мы не научимся любить!"
               
                Цюрих 2011