Моя комната

Моя комната больше не одинока. Она полна мной и твоими торопливо-неспешными шагами...Оксюморон. Рассматриваешь мои рисунки. Особенно долго застываешь перед милым (на мой взгляд) запечатлением двух сосущихся девок. Оборачиваешься. Оценивающе,чересчур пристально глядишь,обежав каждый доступный взгляду фрагмент моего тела.
 Секс. Ты мнишь себя мастером. Твоя излюбленная музыка-в аккомпанемент мелодии тех звуков,что всегда сопутствуют этому действу- "Master of puppets" Металлики. Ну да,ты ведь прочитал пару книг по пикаперству-наряду с твоим любимым траханным Фрейдом и еще тройку,жалкую троечку дамских форумов. Разумеется,не считая тех книг,о которых мы ведем зажигательные беседы об искусстве. Ты неотразим. Ты так порочен...и так невинен. Я не понимаю,кем я себя ощущаю с тобой...мне очень плохо,мучительно-тягуче без тебя...но с тобой я так счастлива...а после,после этих чертовых сред,которых я так жду долбанными дециметрами секунд,которые чертовски медленно ползут по этой чертовски колючей шкале времени,я невыносима сама для себя. Я еле выживаю потом эту неделю,я нянчусь с собой,таскаю за собой собственные колени-не спрашивай как,чудом,я ною свое "Я",я еле забываюсь падающими с неба на мою подушку ночами.

МНЕ ДУРНО от самой себя. Я не выношу эту чертову рубашку,которой ты заботливо сковываешь меня в те несколько часов,которые мы проводим вместе,по этим чертовым средам,после того,как ты в очередной раз оскопишь меня и мое дикое волчачье счастье от тебя,эту осчастливленность долбанными 16-30-ю среды,после того,как ты вернешь мне все,что срезал,тысячекратно,а я даже не пожелаю заметить,что ты опять меня изрезал,и буду долго заживать и музыкой к послевкусию встречи-вот эта бесподобная пляска монохрома из "Чикаго"...
Блять,я ненавижу эту чертову рубашку,которая ехидно скалится складками на меня с пола,она испачкана моим поцелуем после того,как ты нечаянно прокусил мне верхнюю губу. Ты не прокусываешь губы Ей-ее мама заругает,а мне...а мне все можно. Все! Но только с 16.30 до 19.00 среды,потом тебе "уж точно бежать надо будет",и эта чертова рубашка скалится и злорадно шепчет о  том,что ожидание среды рассыпалось после этого чертова апогея,который давал мне жить всю неделю в моих предвкушениях

Она в который раз за ночь в сигаретных вздохах вырисовывает мне своим неумолимым силуэтом последнее китайское предупреждение,что я почти окончательно схожу с ума,величественно-как с трона,как та,которая всегда,когда я бросаю взгляд на свою стену с рисунками,дает мне приказание "Выпрямить спину"
И я на всю ночь неестественно прямо застываю в углу,бросая звериные взгляды на рубашку,без которой ты ушел в 19.01-у по местному времени,да и по московскому тоже,и еще по времени кучи городов,я забываю обо всем,что случалось за эту неделю,я окаменела навечно,утесом с выпрямленной гротескно спиной,закованной на молнию в черное,в котором я утопаю каждый день,и я думаю,чем удивить тебя позже,когда опять наступит треклятая

Среда.

(Когда я буду с 16.30 до 19.00 (уж точно)сидеть в консерватории и опять фантазировать себе китайские предупреждения рубашки,испачканной кровью из губ,к которым ты даже мысленно не прикасался.)