Изгородь в палевых трубочках вялых, певчих, полускрученных, усталых, тревожные дали венозным комом, высший тлен, звездные лужицы изгибаются, как танцоры в пляске на экране в витрине, - Кастор и Поллукс древней цивилизации, Leo Trotsky @ Josef Stalin, я перешагиваю, перенося свое изможденное тело вперед. На Двадцатой улице вечер. Контаминация снов пешеходов, машин, разнообразная душная вонь, пестрая пролетарская толпа, кое-кто несет на черных шляпах невидимый, странный знак в цветных искрах, как птичье перышко, хрупкое, с хохолком, должно быть, вольные каменщики.. Бедный Кузищев, опершись на трость с серебряным набалдашником, в новой крахмальной сорочке, галстуке-бабочке синим горошком, стоит у бильярдной, курит тонкую, в прожилках, сигару, не решаясь войти. Бедный Кузищев, что ты здесь делаешь..
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.