213. Одна она. 03. 10. 2005г

Опять дождливая погода,
И теплый дождь стучит в окно.
Одна она по воле бога,
И целый мир ей одинок.

Одна, зачем кого-то в том винить,
Что в жизни нет успокоенья.
Как сердцу объяснить:
Что мир ее – мир без старенья.

И глядя вечно в бесконечность,
Она опять взглянув назад,
Вспоминает свою беспечность
Столетья, эпохи подряд.

От первого мира творенья
Она глядит в пустоту,
Ища в ней, возможно, забвенья,
Мечты, надежду, судьбу.

Дождливые слезы на щеках –
Слезы прошедших эпох.
Войн она видела много,
И каждую заканчивал вздох…

Валькирия по воле небес,
Цыганка блуждающей ночи;
Жених ей ни ангел, ни бес,
Никто ей покой не пророчил.

Она говорит о безвестье,
С цыганами песни спевая,
О вечно одной невесте,
Что жениха своего не знает.

Танцуя, как искры костра,
Посреди беспристрастной степи.
Цыганам она как звезда
В их бесконечном пути.

Но время всегда наступает,
И разводит дорога опять.
Луна манит, тревожит, пугает,
Не дает по ночам спать.

Война – игра без законов,
Без правил на жизнь состязанье.
Война. А она – дух раздоров,
На зло своему обещанью.

Друзей у нее нет с душой,
Лишь меч, лук, да стрелы,
Они идут дорогой одной
Подлунной, серебряно-белой.

И дождь, и снег, и тревога,
И окна прошедших эпох.
И жизнь ее спрашивает строго:
Готова? Еще один вздох.

Вперед, где алый рассвет,
Скрывающий небо и звезды,
Что кружат вечный балет,
А ей надоели вечные грозы.

Дух памяти, дух волшебства,
Валькирия, воин, бродяга.
Меняется суть естества,
Но царствует боль и отвага.

Дорогой, цыганской тропой,
Что луна начертала в ночи.
Ей музыкой стал волчий вой,
Как она, он о боли кричит.

Вздох. Тишина. Рассвет.
Дороги. Дороги. Меч и стрела.
А где же спокойствие, где?
Где же дорога света, тепла?

Когда-нибудь наступит закат,
И, где-то на горизонте,
Ждет ее дом, ждет очаг,
Мягкая теплая койка.

Ждет жених, чьи глаза – бездонья.
Он меч повесит над очагом,
На стену лук в безмолвье.
Где-нибудь ждет ее дом.