Мои размышления. 53 стихотворения

Георгиевой Надежде Ивановне, а также :
Саше, Кате, Андрюше.


Б. Окуджава

«….. Мы всегда беспощадны, когда правы, ибо неправота лихорадочно обзаводится доказательствами, и она тут же всё это вывалит вам, и вы отступите, ибо она своё дело знает, а правота об том не заботится: мол, я – правота, так и без всего всем ясно, что я правота….»




Георгиев Сергей Александрович

30 января 1954 г.р.






































…
Я вдруг внезапно болезнью заболел
Не знал о ней, не думал – полетел
С размаху, с ходу и без всякой подготовки,
Не зная, чем лечить, и не имея заготовки.

Теперь меня ничто не сможет излечить:
Ни холод, ни тепло от маминой печи,
Ни заговор, ни травы, ни коренья.
Болезнь моя пожизненна – стихов творенье.

Готов писать и утром, и в ночи,
При лунном свете, при мерцании свечи
О всём, что только есть на Белом Свете.
Вот так, мой друг, я сильно болен,
Что сам себе я более не волен.
Прими, какие есть, все откровенья эти.


…
Я своими руками построил дом,
Пусть даже не совсем целиком,
Но люди живут в нём.

Я своим умом сочиняю стихи,
Пусть даже неважны, плохи,
Но это – мои стихи.


…
В груди горячей сердце сжало
И лава в легкие влилась.
Твоя любовь мне жизнью стала,
Через года она прошлась.
Что в жизни было – не укроешь,
И от судьбы не убежишь,
Для горя двери не закроешь,
В разлуке верность сохранишь.
Я не всегда с тобой был ласков,
А иногда несправедлив.
И все же жизнь была как сказка,
Как песни сладостной мотив.
Хочу я верить, что настанет
Тот день, когда мы вновь вдвоем
В лесной глуши, где вальдшнеп «тянет»,
Поляну счастия найдём.
Забудем прошлого страданья
И одиночества часы
И к нам придут воспоминанья
От блеска утренней росы.



                ОЗЕРО

Что ты стонешь, озеро,
Что тебе не спится?
Что за думу думаешь,
Плёская водицей .
За века прошедшие
Ты беды не знало
И кряжи высокие
По весне смывало.
В камышах у берега
Стаи птиц гнездились,
Под водою чистою
Рыбы веселились.
Ряска чуть шевелится,
Грязная водица.
Что ты стонешь, озеро,
Что тебе не спится?
Или в скором будущем
           Тебе себя не видится?




…
На Ново-Девичьем и в Лавре
Захоронения: святых,
Себя покрывших вечной славой
И знатных граждан, и простых.

Храните вы воспоминанья
И навевать должны покой,
Но наши Совесть и Признанье
Убиты были Сатаной.

Вандалы суть морали свергли,
Кто там зарыт: жена иль муж?
Кольцо фамильное иль серьги?
Отрыть бы только больше куш.

Они, подручные нечистой,
Кресты ломают, склепы бьют.
Кто с них за все за это взыщет?
Они.  не мёртвые – гниют.

Вандалам предков прах не дорог
И храмов было им не жаль.
Для них все это – хлама ворох.
Слепым не ведома печаль.

Вокруг забытые могилы
Открыты для жары и стуж,
И пустота разрытых склепов,
И пустота заблудших душ.
И уже некуда спуститься
Душе, ушедшей в небеса.
И не напомнит, не приснится,
Не принесет нам чудеса.

России Мертвые Сыны,
Чей прах могильный осквернили,
Смотреть не могут свои сны,
Когда живые их казнили.

Но Бог придёт на Землю эту
И призовёт на Судный Час.
Вы были недостойны Света
И в Рай дорога не для вас.



…
Опять тяжёлые года
В России-Матушке настали,
И беззащитных чад беда
Так просто обойдёт едва ли.
Не станет у цены оков,
Ей «рынок» даст совсем проснуться.
И в бездну наших стариков
Потоки новых душ вольются.

Уже у мусорных бачков
Старухи в рваном копошатся.
И нету «счастия подков»
В коморках, где они ютятся.
Не будет средств похоронить
Того, кто долго рядом прожил,
Богатство проклятой страны
Ценой своей свободы множил.

В кругах политиков борьба
Страну доводит до маразма.
Да, слышна им людей мольба…
Но власть! О, власть! Она заразна.
Народ России терпелив,
Но можно той струны коснуться,
Что революций рецидив
Уснувший, может вдруг проснуться.

Что ждет тогда наш хрупкий мир?
Как нам от смуты оградиться?
Среди чумы сей страшный пир
Как долго все же может длиться?
                …
Меня тут могут обвинить
Что, дескать, разжигаю страсти.
Нет. Нынче мало объявить,
Что демократ стоит у власти.
Народу, в общем, всё равно.
Как называют себя власти.
Во власти главное зерно-
Свободу, землю, собственность вернуть
И личность оградить от всяческой напасти.



…
И дал же Бог сей век прозренный???
Когда, с надменностью Всевышнего забыв,
Мечтами овладеть Вселенной
Тираны, что теперь уложены в гробы.
Под саргофагом и в могиле
Лежат. Тела других огнём уж в прах обращены,
Но будут долго оставаться в силе
Идеи их. И их дела людьми не будут прощены.



…
Ты волей судьбы оказался в застенке,
Представить себе ты такого не мог.
Теперь хоть ты что: хоть кидайся на стенки,
К свободе надолго захлёстнут замок.



…
Зубоскалы, горлопаны,
Всё охаивать горазды.
Ваш удел – одни топчаны.
Дела – ноль, одни пустые фразы.




СЕРГЕЮ ЕСЕНИНУ.


Я на старом Ваганьковском видел могилу,
Где верный поклонник читал всем Есенина.
Поэзии русской почувствовать силу
Нам не мешала погода осенняя.
И с грустью вдруг вспомнилось зданье неброское,
Что рядом с «Асторией»  так неприметное,
Где жизнь оборвалась веревкою скользкою,
Сказать хулигану не дав все заветное.
И пусть в «Англетере» уж нет того номера,
И правду старались стереть с нашей памяти.
Но всё же остался, но всё же не умер он…

Я на старом Ваганьковском видел могилу.
И хочется, чтобы любили Есенина.
В стихах находили душевную силу,
И чтоб возрождалась России весенняя.




…
Родная русская равнина:
Ели смотрят в облака.
Небольшая деревушка.
За околицей река.
Не река – скорей речушка,
В гибких ивах берега.
В поле колос стебель клонит,
Клевер яркий на лугах,
За рекой пасутся кони,
Коршун кружит в облаках.
Лось с тяжёлыми рогами
Забредёт на водопой,
Речку меряя шагами,
В такт качая головой.
С паутинкой серебристой
Лучик утренней зари
Пролетел лужайкой чистой,
Заискряя фонари.
Всё во мне переменилось,
Но осталась в сердце грусть.
Ночью детство мне приснилось.
Жизнь проходит. Ну и пусть.




(Дочери – Катюше)
18.04.1992г.

        Тебе сегодня не до сна.
        Встаёшь ранёхонько, до солнца.
        Там, за окном, стоит весна.
        Ты настежь распахнёшь оконца.
        И вспомнишь, что сегодня ты
        Свой День Рождения справляешь.
        Пусть сбудутся твои мечты,
        Ведь ты сама их выбираешь.

Птенчик мой, живи на Свете
Много лет без всяких бед.
Чтоб твой путь остался светел
И оставил в детях след.

Чтоб любила и любимой
Оставалась навсегда.
Чтоб братьёв и мамы милой
Не забыла никогда.
Но! Пятнадцать лет – тот возраст,
Что опасным может быть.
Жизнь себе испортить просто…
Всё. Прости. Об этом больше !!! я тебе не буду говорить.




…
Я вспомнил яблоньку с листвою,
Что вместе с дочкой посадил.
Как зацветет она весною?
Дожить, увидеть, хватит сил?
И перед взором воспалённым
Встаёт, как будто наяву,
Сад бело-красным и зеленым
И цвет, упавший на траву.




…
Болтливые девчонки,
Драчливые мальчишки,
Учитесь жить по-новому,
Читайте больше книжки.
Японцы не гнушались –
Людей учили смолоду,
С наукой соглашались –
Теперь не знают голода.
Теперь у них компьютеры,
«Нисаны» и «Тоёты»,
Ничто их не запутает,
Ни санкции, ни квоты.
И в Бельгии, и в Дании,
Чтоб было где учиться,
Наукам строя здания,
Не будут мелочиться.
Российские правители,
Услышьте голос здравый:
-Подняв на щит учителя,
Лишь будете вы правы.
Российские девчонки,
Российские мальчишки,
Пытаясь жить по-новому,
Не отвергайте книжки.



…
Я в детский дом ходил не раз,
Я видел много детских глаз,
На дне которых, устремленных вдали,
Видна печать несчастья и печали.
В них неба синь и муть потока.
В них агнца лик и червь порока.


МАЛОЛЕТКИ

Фонари горящие,
Шконари   железные
Что же вы наделали,
Во что же вы залезли?

«Шубою» обмазаны
Стены пропыленные
Удачи вам заказаны.
Были вы «зеленые».

Ларьки и холодильники
Ломом отворённые,
Теперь друзья-подельники
Свободы все лишенные.

Был суд и приговорены
К различным срокам мальчики.
Подружки все пристроены,
В чужих руках их пальчики.

Этапы и охранники –
Дорога в зону ясная.
Несите, мамы, пряники,
Не ждите их напрасно.




…
В доме тепло и ничто не нарушит
Сон и покой Саши, Кати, Андрюши –
Деток моих, беспредельно любимых,
Богом и мамой от лиха хранимых.






Цветы у метро

Стоят старушки у метро.
А рядом в банках их добро.
Да, это вечные цветы
Их нет прелестней красоты.

          - Покупайте, покупайте, не скупитесь.
            Красота какая здесь, вы присмотритесь.

Красные тюльпаны,
                Белые гвоздики,
Гладиолус бархатный,
                Колокольчик дикий,
Скромные ромашки,
                Розы и пионы.
Покупайте, милые,
                Кадочку с лимоном.

И блеск вдруг подобревших глаз,
И солнце лучше греет нас.
Каких расцветок только нет.
И я хочу тебе букет.

          - Покупайте, покупайте, не скупитесь.
            Красота какая здесь, вы присмотритесь.

Красные тюльпаны,
                Белые гвоздики,
Гладиолус бархатный,
                Колокольчик дикий,
Скромные ромашки,
                Розы и пионы.
Покупайте, милые,
                Кадочку с лимоном.

От этих колдовских цветов
Я всех вокруг любить готов.
Пусть раздаются у метро
Тепло души, любви добро.

                - Покупайте, покупайте, не скупитесь.
            Красота какая здесь, вы присмотритесь.

Красные тюльпаны,
                Белые гвоздики,
Гладиолус бархатный,
                Колокольчик дикий,
Скромные ромашки,
                Розы и пионы.
Покупайте, милые,
                Кадочку с лимоном.





Нет слаще самой сладкой сласти,
Когда в твоих руках все нити власти –
Так склонен думать человек
Из года в год, из века в век.

 …
Не идёт совсем работа,
Позабыл что где лежит.
У меня одна забота –
Очень сильно зуб болит.

Ни уснуть, ни сбавить боли,
Хоть на стенку полезай
От такой ужасной боли –
Нож бери и вырезай.

Стоматолог ненавистный
Вдруг становится родным.
И бегу к нему так быстро
Хоть калекой, хоть хромым.

Но как только удалили
Зуб больной и боли нет,
Друга тут же мы забыли,
Будто не было и бед.

Чтобы были зубы целы
Надо нам врага любить
Чистить зубы пастой смело,
Профосмотры проходить.



…
В четыре строчки можно многое сказать.
Другой же разведет на две страницы,
Алфавит перебрав от Аз до Ять,
Но все же не поймает мысли-птицы.



                РОКЕРЫ - БАЙКЕРЫ
               
Я могу свою кожанку
С плеч неделю не снимать,
Надавить ногой кик-стартер
И сцепленье  выжимать,
А после только поспевать
                Газовать, газовать, ????????





Когда надену мотошлем,
В глазах подруг уже герой.
Как в лучшем фильме супермен
За них всегда стою горой.
М чтоб не смели целовать
От них я буду успевать
                Газовать, газовать, ????????

Мотор, как бешеный ревет.
Над головой висит луна
И сердце радостно поёт,
Ведь за спиной сидит она,
Но не могу её обнять
И руки от руля отнять,
    Газовать, газовать, ????????

И улицей пустынною
С друзьями и подругами
Нестись сплошной лавиною
На мотоциклах с дугами.
И на ГАИ нам наплевать
Чтоб не мешали отдыхать
Газовать, газовать, ????????

Судьбою, пусть опасною,
От затхлого развеемся.
Живем мы тачкой классною
И на неё надеемся.
Я старым буду вспоминать.
Как мог когда-то
Газовать, газовать, ????????

Но если пьёшь – не тормозишь,
И ездишь, не имея прав,
Со старостью ты просквозишь
И будешь ты тогда не прав.
И на кладбище отпевать
Тебя приедут провожать
                «Под газом» слёзы проливать,
В последний путь
                Твои друзья.

Можно припев:  Колесо, колесо, колесо,
                Меня несет в пространство.
                Колесо, колесо, колесо,
                И всё вокруг прекрасно.



…


Последний путь, последний путь…
В небытие? В Ад? В Рай?
Не избежать и не свернуть.
Земля для нас – не вечный край.

Послевоенные мальчишки,
Мы близко встретились с войной.
Гордились удалью шальной
И в драках набивали шишки.

Вверх поднимая клубы пыли,
Машинкой стрижены «под нуль»,
Мы находили груды пуль
Там, где снаряды Землю рыли.

Для нас обычною игрушкой
Считались «Шмайстер», «Пэ Пэ Ша»,
А у лесного шалаша
Хвалились найденною пушкой.

Искали смерти медальоны
И безымянные кресты,
А в праздник ставили посты
Там, где заснули батальоны.

Мы знали нашей жизни цену.
Наивны были и добры,
И полюбили с той поры
Кино военное и сцену.

Ценили в людях справедливость,
Не выносили фальшь и ложь,
Любили в песнях финский нож
И задушевную плаксивость.

Чуть обогревшись тёплым ветром,
Рванули дружно в города,
И там на долгие года
Обзавелися шляпным фетром.

Но в суете не увидали
Сквозь призму прожитых годов
Надетых на себя оков,
И как силёнки наши сдали.

Нам раньше б отыскать причину,
Освободиться бы от пут,
Но крепок был тюрьмы уют
И мир, дававший всем «по чину».

Послевоенные мальчишки,
Как дальше с вами будем жить?
Каким богам теперь служить,
Седые набивая шишки?




9 мая

С утра роса встает,
Как  будто бы завет
Поплакать нас с тобой сейчас природа
О тех, кто смерть попрал
И нам с тобою дал
Возможности для продолженья рода.

Пусть в этот майский день
Легла на лица тень
Воспоминаний, горьких размышлений.
И всё же нужно жить
И память сохранить
В сердцах людей для новых поколений.

Вдруг вышло из-за туч,
Послав на землю луч,
Большое солнце – радость возрожденья,
Всем стало вдруг теплей,
И даже веселей,
На лицах ветеранов – возбужденье…

Как мало их теперь,
Уставших от потерь.
Одев медали на свои одежды,
В сад с внуками идут
Смотреть цветной салют –
Салют Победы и салют
                Надежды.



…
Гитары голос сердце ранит
И песню хочется понять -
Она меня всё больше манит
И в душу льётся благодать.

Луна на небе не погаснет
Господь струну не даст порвать.
Тебя на свете нет прекрасней.
Я не могу спокойно спать.

Мотив старинного романса
Уже живет сам по себе.
Нет, жизнь под небом не напрасна –
Я подарю её тебе.




…

Берёзовая роща, пучок воспоминаний
И радость наших встреч, и горечь расставаний
Мы много лет подряд под кронами встречались
С тобой вдвоем тогда нам было хо – ро – шо.

               
Пусть голова седа, но вновь волнует кровь
Твой погрустневший взгляд
Здесь говорили «да»…
И память позвала назад.   

Березовый простор под ветром встрепенётся,
Зашелестев от снов, как будто бы проснется.
С тобой вдвоём сейчас нам очень хо – ро – шо.

Года, года и вечная любовь
Пусть голова седа,
Но вновь волнует кровь
Твой погрустневший взгляд.
Здесь говорили «да»…
И память позвала назад.

Берёзовая роща, на ветках шапки снега
Стучится кровь в висках, и нам тепло от бега.
С тобой вдвоём нам будет хо – ро – шо.

Года, года и вечная любовь
Пусть голова седа,
Но вновь волнует кровь
Твой погрустневший взгляд.
Здесь говорили «да»…
И память позвала назад.



…
Мы все хотим, желаем с неба манны.
В глазах планеты всей мы очень странны.
Таких богатств не видели ни где,
Ну, а у нас, все мысли о еде!




…


За окошком слышится
                Воробьиный гвалт,
То пришёл на улицу
                Говорливый март.




…
Однажды взялся поучать меня невежда,
Что, дескать, мысли все мои не свежи.
-Для кого сочиняешь, для каких людей?
-До признанья тебе далеко.
Для кого я пишу? Для кого:
Для любимой жены, для детей.
Для кого красота разноцветных полей?
Для людей, для потомков, твоих же детей!
Но не слышал меня на печи дуралей,
Он привык только брать, да кричать –
                Эй, налей!
                Водолей!



…
В средине прошлого столетья
Ты плакал над судьбою жниц
Пред песней их над жатвой золотою,
Ты, подогнув колени, падал ниц,
Как богомолец перед образом –
                С открытой головой.
Уж нет царя, конец тысячелетья.
Но я ищу ответ на тайные вопросы:
«Сносней ли стала ты, крестьянская страда?»
Когда машины век придет, заменит косы?
А призрак голода в последние года?

Увы, Некрасов, встал бы ты из гроба,
Увидел бы, что тема не стара
И так же ненасытна бедствия утроба
И так же не прошла страдания пора.



…








Я рябинку посажу
Над твоей могилою.
Посажу, принаряжу,
Мама моя милая.
Буду плакать я слезой
Горькою, горючею.
И к тебе приду босой
Я травой колючею.









Клопы почти слепы,
                Но быстро кровь отыщут.
Пиявки – же испорченную кровь сосут.
А эти же, без света,
                За хорошей рыщут,
Пока их жизнь не заберет с водой сосуд.



               ИСПОВЕДЬ ВОРА.

Мы были рождены в советах,
Добру нас школа обучала,
Плевать хотели мы на это –
Ведь жизнь другою нас встречала.

Что воровать нечеловечно,
Учили нас с тобою власти,
Но сами врали всё, конечно,
Чужие поглощая страсти.

Все брали, все, все брали вместе,
Друг к другу завистью пылали,
И мы свое месили тесто,
Внутри разврата вырастали.

Вино и кражи, деньги – пьянки,
Подруги грязные, подвалы.
Сараи, самогона банки…
Затем, как водится, провалы.

И вот тюрьма, и вот на нары.
Пошли суды, этапы, зоны –
Дороги истинны и стары
Забыты жены, матери, их стоны.

Вот, ждем амнистию. Надежды.
Навеки с зоною прощаясь.
Но в жизни вольной мы невежды,
И снова в зону возвращались.












…

Сколько песен про очи пропето,
Сколько сложено дивных стихов,
Сколько в снег полегло эполетов,
Сколько собрано в поле цветов.

В Петербуржском вельможном салоне
И в Кабацкой гулящей Москве
О прекрасной и страстной мадонне
«Очи черные» пели в тоске.

Поднимая фужер с позолотой,
Поднимая граненый стакан,
Дорожили лишь дикой минутой,
Очи черные – белый капкан.

И на старом церковном кладбище,
Где полынь в рост, да сгорбленный дьяк,
Прочитаешь судеб пепелища:
Жизнь и смерть для очей – не пустяк.



                СУДЬБА.

Мне в раннем детстве загадали,
Что в тридцать семь жизнь разрешится
С надеждой мы с любимой ждали,
Когда ж разлука совершится.

И вот, рожденья день отмечен.
Душою овладели боли.
А год не долог и не вечен.
И время не подвластно воли.

Прошла зима, весна и лето,
Настала золотая осень,
Короче дни, всё меньше света,
Всё ближе к цифре «тридцать восемь».

Ах! Если б знать, что так случится,
Что хуже смерти будут муки,Мне лучше было б застрелиться –
Не ждать с покорностью разлуки.

Но где, под суету от шума,
Кружили танцы, свет задули.
Того, кто умирать не думал,
Она ждала свинцом от пули.

И рок, на миг не дал покою,
В патронник смерть вогнать заставил.
Ствол, неподвластною рукою
Коварно на беду направил.

Судьба, секундой, миллиметром,
Ну почему не промахнуться?
Пороховым толкнуло ветром
То, что должно было случиться.

И он, оплаканный семьею
Лежит, в могилу погруженный,
И холм, укутанный хвоею,
Над ним веками наряженный.

А я от мира отгорожен,
Злодейской краскою окрашен.
Но, суд мирской, будь осторожен.
Ты, как и смерть, бываешь страшен.

Не делай выводов поспешных,
У обвиненья тьма прорех.
И так под небом много грешных,
Чтоб на себя брать лишний грех.

Чтоб пережить нам всем невзгоды,
Дай Бог сейчас душевных сил.
Чтоб не растратить даром годы,
Чтоб белый свет остался мил.



Кто-то слагает песнь
«Широка страна моя родная»,
Кто-то ищет плесень,
Закрома царизма доминая.

Воля у нас, в Советах,
Саботажников, контру белую
Сжить её всю со света,
Предоставить Сибирь им целую.

Крутят станки «Стахановцы»,
План по «колючке» -досрочно!
Что? За «колючкой» ваши отцы?
Умрут.Не сегодня, так завтра.
                Уж точно.
 
Много нас. Миллионы.
Подумаешь, угробим один. Или два.
                Можно десять.
\ 
И несут, и несут почтальоны
Письма «старосте», что пропал муж,
                Отец, сын безвести.




Ах! Синий абажурчик — прелесть!
Интеллигентов кучка — ересь.
Хана «Народникам» и их судьбе.
Есть РэСДэРПэ — теперь и (б)э.
Из года в год — всё больше,
Из Грузии, из Польши.
Революцию — Мировую!
С наукою, с теорией — не вслепую.
Для них единицы, что марать руки?
Надо, чтоб миллионы познали муки.
Маркс — святой дух. Ленин — сын.
                Сталин — отец (народов).
Святая троица.
А кто же 12 апостолов?
                Найдутся.
И да будет такое, что
Дьявол примет обличье Божье.
До поры-до времени.
Разве такое возможно?
Было, было похожее.



                БЕСЯТА И БЕСЫ.


Да, Достоевский крепко прав,
Его бесят лишить бы прав.
Они в царей стреляли.
Ушли в народ, вели борьбу.
Переворот — давай пальбу.
Они царей прогнали.
А потом -то лицемеры,
Не знали зверствам меры.
И был к людскому стону глух
Ревлюционный этот дух.
Что Человече? - Мошка.
От голода все пухнут
В бесовской этой кухне.

Весь мир для нас перевернулся,
Страна у пропасти стоит,
В нас жажды крови ген проснулся,
Но совесть власть-держащих спит.

О, вы, порвавшие оковы,
Тогда, в семнадцатом году,
Забрали власть и иластью Слова
Проклятье записали на собственном роду.

Отняв богатство у имущих,
Не дав народу ничего.
Вы обещали «рая гущи»
С красивых, знойных слов его.

И вот ОН — Вождь,   смутив  народы,
Мечтою близкой соблазнив,
Ведёт в поток, не зная броду,
В России смуту породив.

Сын на отца, а брат на брата
Знамена белые и красные подняв,
Под свисты пуль и крики мата
Друг друга били Господу не вняв.

И миллионы бросив на поля сражений,
Не менее болезнями и голодом сморив,
В делах заблудших не было сомнений
Грехов прощения у Бога не спросив.







У  него отец пьяница,
А он: «Виноват царизм».
В грязи на дороге развалится.
А он: «Подавай марксизм.
Прибавочная стоимость — не мелочь
У меня отнимается.
Хозяин завода и дети его — сволочь,
На нас наживается.



Вот купчина запылённый:
-ЭХ, Рассеюшка, Рассея.-
Развалился. Умилённый.-
Эй, гарсон, давайка пуншу!,
Разогреем, друг мой, душу.
Эх , Рассеюшка, Рассея.

«Он, капиталл, виноват во всем.
Не будет его.У нас.
Промотал. И всё « -
это уже забулдыга.
Всё пил и рукою дрыгал -
Придёт время. Свергнут глыбу.
Бесье семя. Поставят дыбу».

А купец всё ел, ничего не слушал.
Крепко сел. Кушай, кушай.


Давай Думу! Что! Думу?
Вот придумал.
В расход её, позвать матросов!
Походную! Стрелять барбосов!
Команда дана. Выполнять её надо.
Пошла волна чёрных бушлатов.
Лежат тела. Что тела? На снегу.
Улица бела. Вот дела! Убегу.
Не всем, не всё
                так сладко было.
Хотите всё?
                Нет.Дудки, милый!





Чтоб хоть чуть-чуть Христа понять,
Заставили его распять.



Маленькая девочка,
Красная косынка.
Спела тебе пе сенку
Белая простынка.
Мягкая подушка
Прошептала сказку,
А дремота-нега
Закрывала глазки.
В садике у лампы
Тихо вьются мошки.
В вышине далекие
Светят звёзды-крошки.
Засыпай быстрее,
Отдохни немножко.
Будет тебе в жизни
Светлая дорожка.
Маленькая девочка -
Розовые щёчки,
Скажет тебе матушка:
«Доброй тебе ночки».


               
На Луне серебряной Лунатики живут.
Рыбы лунные в морях Луны плывут.
Лава лунная из кратеров бежит,
Дочка лунная в постельке всё не спит.
Манит девочку далёкая Земля,
Где земные ветры клонят тополя,
Где в полях земных шумит земная рожь.
Голубой планеты климат так хорошь.
Ну и ты, земная девочка,не спишь,
На Луну в окно широкое глядишь.
Только я тебя качаю: «Баю-бай,
Побыстрей, моя родная, засыпай».


             
               


               
Люблю я белых лебедей,,
Что в парках радуют детей
С осанкой гордою в прудах
                плескаясь.
Люблю восторженных детей,
Что кормят хлебом лебедей
В наивной кротости к родителям
                ласкаясь.
               




                МЕДСЁСТРАМ


Вы краше всех, что с нами были.
Что сон тревожный берегли.
Вы сразу все болячки смыли.
О, Вы прекрасны.Вы смогли.
У Вас весёлые глаза
И локоны бегут на плечи.
Вам украшеньем бала быть
И чтоб кругом горели свечи.
Но, к сожалению большому,
Я просто вынужден сказать:
– Вы — роз букет, они красивы,
Но есть шипы, и их не взять.
 

Закрыв глаза я вижу сон,
Который будтобы не снится:
Летит журавль под облаком,
В руках моих сидит синица.
Взлететь бы м не под облака,
Открыв простор моим виденьям.
Но вот она — моя рука, 
А в ней - проклятые сомненья.


Я в детский дом ходил не раз,
Я видел много детских глаз
На дне которых, устремленных в дали,
Видна печать несчастья и печали.
В них неба синь и муть потока,
В них агнца лик и червь порока.



Какой чудесный нынче вечер,
Уж недалече до весны.
А в избах догорают печи,
В них угольки ещё красны.

Какой чудесный нынче вечер,
И в целом свете мы одни.
Снежинки падают на плечи,
В сердцах рождаются огни.

 

Что-то новое я не придумаю,
Всё продумано с древних веков.
И зачем это люди всё думают,
Будто ими ход мысли пленён.
Все понятия новые — старые,
Бог у Мира как был, так и есть.
Посмотри на Христа : щёки впалые,
Он прощенье принёс, а не месть.








Я был не прав, я был с тобой не прав.
Прости меня за все свои страданья.
За мой шальной и беспокойный нрав,
За бесконечные с тобою расставанья.

 

 
Без суда и следствия
Через каждый год,
Издал Указ повешивать
Интендантов Пётр.



Онега старая легонечко беснуется,
Барашки белые над гребнями видны.
А сердце юное, как водится, волнуется
Ведь мы с тобой стоим на палубе одни.



Ты о любви мне говорил,
Гулял со мною до рассвета,
Когда ж зимою уходил
Совсем забыл, что было лето.

Тебя я встретила весной,











На душе моей горько и гадко,
На душе моей кошки скребут.
Не живётся мне тихо и гладко,
Не люблю я покой и уют.

Пробегают года, как метели,