Ангел смерти

Фофлин-младшой

Ничего в лице – кроме тоски.
В мутном взгляде – не видать ни зги.
Жизнь свою он осушил до дна.
Грязная рябая седина
не была сродни той седине,
что людей калечит, на войне
ужасом объятых, пеленой
страшною своей. И сам не свой,
он сидел, как идол-истукан,
неподвижен и мертвецки пьян.
Словно в горло мне вцепившись, он
то зубами скрежетал, то стон
вылетал из приоткрытых губ,
трещинами спекшихся, как луб
старой липы. Бога я молил,
чтоб скорее Он его простил.
Так на низкой ноте забытья
рвал я нить чужого бытия.


Рецензии