Три мира мертвых

Три мира мертвых. Бабушка, отец и глупый парень,
Шагнувший с крыши, когда так все надоело.
Один был сливочен, пах краской типографской,
Второй, соломенный, пах водкой и пределом.

А в третьем - дождь, и чернота, и гниль болота,
Машинный запах, запах масла и бензина.
Он так любил лететь навстречу небу,
Когда казалось, что не трут асфальта шины...

Она была неласковой, недоброй.
Очень простой, таких людей немало в мире,
И оставляя на ночь дочь в пустой квартире,
Спокойно уходила на работу.

Так тяжело стоять в наборном цехе...
Спокойный гул машин тугих печатных,
Валов бумажных, валиков накатных
Дробил ночную тишину протяжным эхом...
Мы не были близки, мне не до смеха.

Отец.. А что отец? Я знаю по рассказам,
Что он был пьяницей, был родом из деревни.
Был гением, что так несообразно
С той жизнью, что избрал. Он был потерян.

Мне было пять, его тогда убили.
Я не грустила, мир не дрогнул, не был сдвинут.
Пугалась мать - я рисовала дом из пыли
И говорила, что отец прощен и принят.

Они меня водили по округе,
И говорили, что пока еще мне рано,
Но скоро, скоро! Путсть прогулку не забуду,
И подготовлюсь, не оставив мужу рану.

Они сжимали мои легкие в ладонях,
Когда самой уже дышать мне не хотелось,
И что-то важное в душе моей вертелось,
Но мой вопрос остался, все ж, непонят.

Сильнее всех старался милый Морфий.
- Какой ты Князь, - смеялась, - ты на небе!
А он грустил, - не небо здесь, котенок,
И лучше б я остался духом в склепе.

июнь 2011

Бабушке, отцу и М.