Поэт помойки спит, в тетрадь уткнувшись.
Водка выдохлась. И высохла капуста.
Корка хлеба с жолтою горчицей зачерствела,
сморщилась сосиска.
Все спортилось, задохлось, омертвело.
Лишь стихи живут
в исписанной тетрадке, тормоша
бесчувственное тело, пряча под обложкой рваный рубль.
Музе. Ну, для опохмела.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.