Уильям Генри Дэвис Мрачный час и др

Уильям Генри Дэвис  Мрачный час
(Перевод с английского).

Вновь стал весёлый ветер дуть.
Вся роща посвежела,
но что-то мне стесняет грудь,
томится тело.

Хоть дождь мне люб и не силён,
а ветерок забавит,
но жизнь темна - как смутный сон:
гнетёт и давит.

Мой дух в унынье, для него
и в свете радуг
отрады нет ни от чего
и день не сладок.

Причина боли неясна.
Живу, её не зная.
Вокруг цветёт и зелена
краса земная.

Вблизи стоят - дивнее грёз -
куст белых роз налево,
направо - куст пунцовых роз,
как два напева.

А птицы радостно пищат,
заблеяли ягнята,
резвится пара жеребят,
в саду - ребята.

Вдруг вновь приходит мрачный час.
С чего бы - я в сомненье -
он в сердце вполз, как каждый раз
без объявленья ?

William Henry Davies  The Dark Hour 

And now, when merry winds do blow,
And rain makes trees look fresh,
An overpowering staleness holds
This mortal flesh.

Though well I love to feel the rain,
And be by winds well blown -
The mystery of mortal life
Doth press me down.

And, In this mood, come now what will,
Shine Rainbow, Cuckoo call;
There is no thing in Heaven or Earth
Can lift my soul.

I know not where this state comes from -
No cause for grief I know;
The Earth around is fresh and green,
Flowers near me grow.

I sit between two fair rose trees;
Red roses on my right,
And on my left side roses are
A lovely white.

The little birds are full of joy,
Lambs bleating all the day;
The colt runs after the old mare,
And children play.

And still there comes this dark, dark hour --
Which is not borne of Care;
Into my heart it creeps before
I am aware. 
Уильям Генри Дэвис  Потоп
(Перевод с английского).

Любимая заснула,
а я подполз до стула
и шпильку утянул.
Волною золотою
укрыты были трое:
она, и я, и стул.

Ах, маленькая славка !
Тебе, должно быть мягко
в устеленном гнезде.
Но радости сравнимой
с волной волос любимой
не отыскать нигде.

Под смех, в ответ на вопли,
я был почти утоплен,
как судно без ветрил.
Но сжалилась подруга.
А я, хоть было туго,
спасенья не просил.

William Henry Davies  The Flood 
I thought my true love slept;
Behind her chair I crept
And pulled out a long pin;
The golden flood came out,
She shook it all about,
With both our faces in.

Ah! little wren, I know
Your mossy, small nest now
A windy, cold place is;
No eye can see my face,
Howe'er it watch the place
Where I half drown in bliss.

When I am drowned hald dead,
She laughs and shakes her head;
Flogged by her hair-waves, I
Withdraw my face from there;
But never once, I swear,
She heard a mercy cry.

Уильям Генри Дэвис  Сокол
(Перевод с английского).

Ты не летишь, ты без опоры:
ты в воздухе висишь.
Внизу дороги и озёра.
Ты выше сельских крыш.
Сосредоточивши мышленье,
умеешь ты достичь
свободы в дерзностном паренье
и выбираешь дичь.

В моём мозгу подобный сокол -
мой дьявольский настрой.
Твердит, хоть нет на то намёка,
что смерть не за горой.

Сначала распрощусь с рассудком.
Костям окажут честь -
схоронят. Жаль, что незабудкам
на камне не зацвесть.

William Henry Davies  The Hawk 

Thou dost not fly, thou art not perched,
The air is all around:
What is it that can keep thee set,
From falling to the ground?
The concentration of thy mind
Supports thee in the air;
As thou dost watch the small young birgs,
With such a deadly care.

My mind has such a hawk as thou,
It is an evil mood;
It comes when there's no cause for grief,
And on my joys doth brood.
Then do I see my life in parts;
The earth receives my bones,
The common air absorbs my mind -
It knows not flowers from stones

Уильям Генри Дэвис  Ком рванья
(Перевод с английского)

Я шёл в глухую ночку
вдоль Темзы в одиночку
и чучело в рванье
заметил на скамье:
лицо его прикрыто,
но рот орёт сердито.
Идущий пароход
пронзительно ревёт -
ком тряпок с громким стуком
взвывает с тем же звуком.
На башне звон часов -
и он звенеть готов.
Задует ветер с воем -
и он поёт гобоем.
Настала тишина,
но в нём - своя струна:
он сыплет обвиненья,
а вслед благословенья,
хоть нет нигде врагов
и никаких дружков,
и что б ни нёс бедняга,
другим - ни вред, ни благо.
Покуда я там был,
лица он не открыл.
Должно быть, жил он жутко,
раз не сберёг рассудка,
встречал одни дожди
без радуг впереди.
Не жемчуга, лишь слёзы -
Увы ! - несут нам грозы.

William Henry Davies  The Heap of Rags 

One night when I went down
Thames' side, in London Town,
A heap of rags saw I,
And sat me down close by.
That thing could shout and bawl,
But showed no face at all;
When any steamer passed
And blew a loud shrill blast,
That heap of rags would sit
And make a sound like it;
When struck the clock's deep bell,
It made those peals as well.
When winds did moan around,
It mocked them with that sound;
When all was quiet, it
Fell into a strange fit;
Would sigh, and moan, and roar,
It laughed, and blessed, and swore.
Yet that poor thing, I know,
Had neither friend nor foe;
Its blessing or its curse
Made no one better or worse.
I left it in that place -
The thing that showed no face,
Was it a man that had
Suffered till he went mad?
So many showers and not
One rainbow in the lot?
Too many bitter fears
To make a pearl from tears?

Уильям Генри Дэвис  Пустынник
(Перевод с английского).

Отшельника подчас волнуют не подъём
волны, что мощно бьёт, когда встаёт помеха;
не страшным голосом рычащий в небе гром,
которому в горах тревожно вторит эхо;

не треск внутри ствола упрямого дубка,
когда вдруг молния казнит его сурово;
не шум, с которым пробуждается река,
ломая по весне ледовые покровы, -

отшельник задрожит в свету ночных зарниц,
как ткнётся сослепу вдруг нетопырь в окошко;
не то как пролетит одна из мелких птиц,
а он решит: медведь пробил к нему дорожку.

Грызя подушку, моль смутит ночную тишь -
тот шум представится бедняге костоломным.
В обоях зашуршит, проделав норку, мышь:
её вообразит он тигром преогромным.

William Henry Davies  The Hermit 

WHAT moves that lonely man is not the boom
Of waves that break against the cliff so strong;
Nor roar of thunder, when that travelling voice
Is caught by rocks that carry far along.

'Tis not the groan of oak tree in its prime,
When lightning strikes its solid heart to dust;
Nor frozen pond when, melted by the sun,
It suddenly doth break its sparkling crust.

What moves that man is when the blind bat taps
His window when he sits alone at night;
Or when the small bird sounds like some great beast
Among the dead, dry leaves so frail and light.

Or when the moths on his night-pillow beat
Such heavy blows he fears they'll break his bones;
Or when a mouse inside the papered walls,
Comes like a tiger crunching through the stones.

Уильям Генри Дэвис   Зимородок
(Перевод с английского).

Ты взял у Радуги расцветки,
как будто ты сродни ей сам.
Ты ярче, чем искрит на ветке
роса, подобная слезам.
Ты чувствуешь себя счастливым
поблизости к плакучим ивам.

В твоей блистательной раскраске
ты мог бы гордо, средь аллей,
павлином из восточной сказки,
сверкать у окон королей.
Взмахни крылом, присядь на арке.
Чаруй господ в дворцовом парке !

Но нет ! Хоть ты и в дивном блеске,
тебе восторги не нужны...
И мне дороже перелески,
уют зелёной тишины,
укромный пруд, листва с травой
да шелест крон над головой.

William Henry Davies  The Kingfisher 

It was the Rainbow gave thee birth,
And left thee all her lovely hues;
And, as her mother’s name was Tears,
So runs it in my blood to choose
For haunts the lonely pools, and keep
In company with trees that weep.
Go you and, with such glorious hues,
Live with proud peacocks in green parks;
On lawns as smooth as shining glass,
Let every feather show its marks;
Get thee on boughs and clap thy wings
Before the windows of proud kings.
Nay, lovely Bird, thou art not vain;
Thou hast no proud, ambitious mind;
I also love a quiet place
That’s green, away from all mankind;
A lonely pool, and let a tree
Sigh with her bosom over me.
Уильям Генри Дэвис  Свобода мысли
(Перевод с английского).

У Разума - свой слух, свой взгляд.
От плотских чувств они свободны:
глядят и слышат - как хотят.
Ум движется куда угодно.

Мой ум уже на судне мчит,
хоть телу вовсе не до спеха
и всем, на Странде, на Флит-стрит,
в толпе оно - одна помеха.

Бывает, попирая пыль,
по Чаринг-Кросс бреду потише
и там - за полтораста миль -
родной ручей отлично слышу.

Порой настолько даль близка,
что вижу в ней, как холм Твим Барлум
втыкает соску в облака
за куполом Святого Павла.

William Henry Davies  The Mind's Liberty 

The mind, with its own eyes and ears,
May for these others have no care;
No matter where this body is,
The mind is free to go elsewhere.
My mind can be a sailor, when
This body's still confined to land;
And turn these mortals into trees,
That walk in Fleet Street or the Strand.

So, when I'm passing Charing Cross,
Where porters work both night and day,
I ofttimes hear sweet Malpas Brook,
That flows thrice fifty miles away.
And when I'm passing near St Paul's
I see beyond the dome and crowd,
Twm Barlum, that green pap in Gwent,
With its dark nipple in a cloud.

Уильям Генри Дэвис  Роскошные дни
(Перевод с английского).

Я рад благим осенним дням -
до холодов, до листопада;
полям, где золото копён,
стоящих в ряд, дарит отраду,
и бочкам сидра, что манят,
как входишь в яблоневый сад.

Рад грушам, тающим во рту,
как мёд, не утруждая зубы,
рад сливам, что теперь сладки,
лишь косточки горьки да грубы,
но вызрел и лесной орех -
и сманивает в рощи всех.
William Henry Davies  Rich Days

Welcome to you rich Autumn days,
Ere comes the cold, leaf-picking wind;
When golden stocks are seen in fields,
All standing arm-in-arm entwined;
And gallons of sweet cider seen
On trees in apples red and green.

With mellow pears that cheat our teeth,
Which melt that tongues may suck them in;
With blue-black damsons, yellow plums,
Now sweet and soft from stone to skin;
And woodnuts rich, to make us go
Into the loneliest lanes we know.