Читая Набокова

Читая Набокова

  „…После 1914 года я больше его  не видел. Он тогда в последний раз уехал за границу и спустя два года там умер, оставив мне миллионное состояние и петербургское своё имение Рождествено с этой белой усадьбой на зелёном холму, с дремучим парком за ней, с ещё более дремучими лесами, синеющими за нивами и с несколькими стами десятин великолепных торфяных болот, где водились замечательные виды северных бабочек да всякая аксаково-тургенево-толстовская дичь“.
                Вл. Набоков „Другие берега“

Не предаюсь пустому гневу,
Не проклинаю, не молю;
Как изменившую мне деву,
Отчизну прежнюю люблю.

Но как я одинок, Россия!
Как далеко ты отошла!
А были дни ведь и другие:
Ты сострадательна была.

Какою нежностью щемящей,
Какою страстью молодой
Звенел в светло-зелёной чаще
Смех приближающийся твой!

Я целовал фиалки мая, -
Глаза невинные твои, -
И лепестки, всё понимая,
Чуть искрились росой любви…

И потому, моя Россия,
Не смею гневаться, грустить…
Я говорю: глаза такие
У грешницы не могут быть!
                Вл. Набоков „России“

   
          Несколько дней и даже ночью читала Набокова. Сначала – „Другие берега“, а затем  другие рассказы и стихи.
Уже отметила для себя ностальгический характер большинства его произведений и опрометчиво соотнесла его произведения с произведениями И. Шмелёва. На самом деле сходства нет. Единственное, что объединяет творчество этих двух больших писателей русского зарубежья – ностальгия по Родине. Я их воспринимаю даже в различной цветовой гамме.
          Если Шмелёв ассоциируется у меня с золотисто-оранжевыми тёплыми красками, то Набоков – с холодными бледно-голубовато-зелёными тонами.
Шмелёв – радостен, распахнут, щедр и добр к окружающим. Набоков – отстранённо холоден, брезгливо нетерпим к людским недостаткам. Несколько даже „брюзглив“, замкнут и одинок. Просто внимательный наблюдатель. Барин. Англичанин.
          Но оба талантливы, несомненно, и интересны каждый по-своему.
Сегодня проснулась и пока лежала, раздумывая об этом и вспоминая недавний сон, навеянный произведениями Набокова, пошли строчки:

Переплетаются в сознаньи
Чужие мысли и признанья.
Пытаясь мысль свою внедрить,
Теряю осмысленья нить.
Я здесь заведомо-чужая
И в жизнь иную погружаясь,
Иду, бегу, плыву, лечу,
О чём-то плачу и кричу.
И в мир изменчивый и странный
Пытаюсь вжиться, как ни странно…
И просыпаюсь. В тишине
Живёт чужая жизнь во мне
Какой-то миг. Прощай, интрига!
Вчера прочитанная книга
Свершила тайный пируэт
Во сне, внедрив меня в сюжет.