подумалось...

Утробных вод чиста и незатейлива купель.
Там сердце бьётся ровно в ожидании рожденья,
Пока не начала для нас земная канитель
Выискивать секреты невезенья и везенья.

Приходим в этот мир и радость близких так сильна,
Что нас встречают звонами наполненных бокалов...
И красного, и белого, и разного вина
Во имя жизни по  фужерам делено немало.

Немного подрастая, замечаем, что вокруг
Напитками хмельными заменяют люди воду.
И яства собираются в большой и яркий круг,
Чтоб ограничить жадностью природную свободу...

Когда нибудь коснёмся опьянений всё равно,
И проигрыш, и выигрыш венчая полной чарой.
И станем завсегдатаями жизни-казино,
Избрав себе излюбленный набор напитков в пару.

Познаем... не познаем в суетливых играх суть -
но что нибудь себе отыщем сами на потребу.
И покутим изрядно... ну, а нас в последний путь
Проводят рюмкой водки с чёрной корочкою хлеба.

                16.05.2011


Тема: жизненный путь человека от рождения до смерти, осмысленный через символику питья и застолья.
Идея: жизнь предстаёт как череда ритуалов и соблазнов («казино»), где алкоголь и пиршества становятся метафорами радостей, искушений и финального обряда прощания. Автор подчёркивает цикличность и предопределённость человеческого пути.
Стиль: художественный (поэтический), с философским подтекстом.
Тип речи: рассуждение;размышление, оформленное как лирическое повествование.
Композиция:
Зачин (1;я строфа): образ утробных вод как начала жизни, ожидание рождения.
Развитие (2–4;я строфы): взросление, наблюдение за людскими привычками, вовлечение в «игру» жизни.
Кульминация (5;я строфа): признание суетности поисков смысла и неизбежности финального обряда.
Развязка (последняя строка): символическое прощание — «рюмка водки с чёрной корочкою хлеба».
Средства выразительности:
Метафоры: «земная канитель», «жизнь;казино», «опьянения».
Эпитеты: «утробных вод», «чиста и незатейлива», «звон наполненных бокалов», «хмельные напитки», «суетливые игры».
Символы: вино и бокалы (радость, праздник), водка и чёрный хлеб (прощание, смерть), «казино» (случайность и риск жизни).
Антитезы: радость рождения — печаль ухода; «невезенье и везенье»; «проигрыш и выигрыш».
Повторы и параллелизмы: мотивы питья и чаши/рюмки на протяжении всего текста.
Инверсия: «Утробных вод чиста и незатейлива купель», «сердце бьётся ровно».
Средства связи между строфами:
лексические повторы («вино», «бокалы», «чара», «рюмка»);
синтаксический параллелизм (повторяющиеся конструкции с перечислением и противопоставлением);
тематическое единство (мотив питья как ритуализованной жизни).
Ритмика и рифма:
стихотворный размер — вольный ямб (с вариациями);
рифмовка перекрёстная и смежная, рифмы преимущественно мужские и женские, иногда неточные (что придаёт разговорную интонацию).
Вывод: стихотворение создаёт ёмкий философский образ жизни как ритуальной «игры» с предопределённым финалом. Через символику питья и застолья автор передаёт контраст между радостью бытия и печалью ухода, подчёркивая цикличность человеческого существования. Стиль сочетает лирическую образность с рефлексивной глубиной, а композиция выстраивает путь от рождения к последнему обряду.