Инвалид

Вошёл в автобус инвалид,
Медали висят вряд.
Вошёл и с палочкой стоит,
Все на него глядят.

Стоит усталый ветеран,
А перед ним расселся тушкой,
Тинэйджер, рыхлый мальчуган,
И рядом с ним сидит старушка.

Раскормленный, холённый тип,
В ушах наушники- бананы,
Вся жизнь, как музыкальный клип,
В мозгах сверчки и тараканы.

На старика – равнодушный взгляд,
Взглянул – к окошку отвернулся.
«Подумаешь, пусть постоят.
Ещё ведь ходит, не загнулся.»

Старушка вдруг засуетилась,
«Садитесь» - старику сказала,
Подслеповато оступилась,
И рядом с ветераном встала.

Он сразу как то приосанился,
На вид стал строже и моложе,
Плечами чуточку расправился:
«Простите, но ведь так негоже.

Я не могу сидеть себе позволить,
Коль женщина передо мной стоит.
Хотя, признаться, нога сильно ноет.»
Сказал ей убелённый инвалид.

Так они  вдвоем рядом стояли,
Ровесники далёкой той войны,
Блестели на груди его медали
И видно было всем со стороны.

Как бережно друг друга держали,
Увядшие эти старики,
В туманной растворяясь дали,
Текущей в бесконечность реки.

А рядом новая жизнь в права входила,
На двух сиденьях развалясь,
С лицом репера – дебила,
Под музыку балдеющая  мразь.

Ноги циркулем раздвинув,
Жвачку смачно жуя,
Даже и жопы не подвинув,
Розовощёкая свинья.

И ветеран так трость сжимал,
Что даже пальцы побелели.
Не за таких же кровь он проливал?
Нося осколки стали в своём теле.