Ты знаешь

Варнинг: обычные неприличные гомосексуальные темы на любителя.

В той жизни, далекой от серой простуды,
Развратных утопий и черствой еды,
Ты знаешь, в той жизни обычное чудо
Отнюдь не несло за собою беды.

Мне десять. Я полон мечтаний, стремлений,
Подарков, цветов с нетерпением жду,
Считая минуты до новых рождений.
Я жизни не знаю. Вслепую бреду.

Пятнадцать. Меняется мир постепенно;
Я вырос, к подаркам, цветам охладел,
А дни, словно птицы, слетают мгновенно
Из клеток моих незаконченных дел.

Мне двадцать. Все стало чужим, отстраненным;
Ты знаешь, ты тоже все это прошел.
А в тридцать сижу, как могилой плененный;
В тюрьме все, что плохо, уже хорошо.

А если вернуться: пусть мыслью иль словом,
В те дни, где мой дух не сподобился тьме,
Нашел бы я свет? Стал бы он моим домом?
Иль кончить Судьбою я должен в тюрьме?

Мне десять. Ты взрослый, высокий подросток,
Воруешь газеты с следами чернил.
Я жду целый год, только в малом загвоздка:
Подарков ты мне никогда не дарил.

Пятнадцать. Ты вырос - студентки папаши;
Ты пьешь алкоголь самых высших сортов.
Я молча любуюсь на оргии ваши:
Ты знаешь, что к большему я не готов.

Мне двадцать. Ты брюки в потемках срываешь;
Я никну к тебе, я податлив - привык.
А в тридцать ты койку мою занимаешь,
И мечутся мысли, упершись в тупик.

Но где же тот Свет? Я исправиться должен!
Меняется блеск твоих страждущих глаз;
Целую тебя: как всегда осторожен.
Ты знаешь, мой разум рыдает сейчас.

Я в чудо не верю молитвой упорной,
И Бога личину я ставлю под спор.
Я раб палача: я родился покорным,
И вертишь ты мною, как куклой актер.

Годами мешаешь добраться до сути,
Проникнуть в мотивы, исправить себя,
Но чувства! Способен ли я обмануть их?
Способен ли я ненавидеть тебя?!

И жизнь не нужна мне ни та, ни иная;
В тюрьме моя смерть, и пути назад нет.
Но если ты спросишь, люблю ли тебя я,
Ты знаешь, уверен, ты знаешь ответ!..