Я не выдам себя, не жди. Ни криком, ни стоном.
Я зашью себе рот суровой грубой ниткой.
Я не дам тебе ничего - ни церковного звона,
Ни своих заброшенных позолоченных слитков.
Двери заперли, заколотили окна доской.
Напустили сквозь щели едкого дыма внутрь.
Я не страхом давлюсь, а своей бескрайней тоской -
И истерикой - предпосылкой январских бурь.
А на улице для кого-то настал март
По его следам цветы пробивают снег.
Мне вчера нехватило розданных нам карт
А сегодня - сил и времени на побег.
Забиваюсь в угол сквозь серый густой мрак
И захлебываюсь соленой водой из глаз.
Мои всхлипы для тех, кто за дверью сейчас - пустяк.
Главное, чтоб не выбралась - также, как в прошлый раз.
Я сдаюсь. Я глотаю горький паленый дым.
Задыхаюсь, и мир опять накрывает ночь,
И опять меркнет свет. Умираю снаружи я.
Умирает внутри моя нерожденная дочь.
Я не выдам себя...
© Copyright: Александра Прощенко, 2011
Свидетельство о публикации №111050506186
Свидетельство о публикации №111050506186
Рецензии
