Я погиб в 41-ом...

Я погиб в сорок первом.
Погиб не геройски даже,
Хотя в похоронках, наверно,
Такое писалось о каждом.

А мы просто шли в контратаку,
На тот день уже бессчётную,
И пуля пробила скАтку,
И гимнастёрку, потную.

А в доме со старой скворечней
Меня ждать осталась мама
И та, кого обещал любить вечно,
А выходит – любил слишком мало…

* * *
С шумом бьются о пирс волны
И вздыхают о чём-то тяжко,
На одном из причалов огромных
Сидит мальчик в синей тельняшке.

Он мечтает стать капитаном –
Подрасти бы ещё немного! –
Он увидит разные страны,
Бороздя голубые дороги.

Взгляд мальчишки, как белая чайка
Улетает к черте горизонта.
В мыслях он у далёкой Ямайки,
У причалов Нью-Йоркского порта.

Годы шли, он не стал капитаном,
Хоть и очень мечтал об этом –
В восемнадцать его не стало,
Это было сорок первого летом.

И когда он упал на землю,
Всю планету к груди прижимая,
В голубом и безбрежном небе
Облака в этот миг проплывали.

Словно южных морей лайнеры,
Проплывая над головой
Звали вдаль океана бескрайнего,
Молча звали его за собой.

С шумом бьются о пирс волны
И вздыхают о чём-то тяжко…