Сказки по сюжетам Руми

Книга "Долгое Эхо Руми" -
электронная версия -
http://online.pubhtml5.com/tqtb/ivcx/




СКАЗКИ ПО СЮЖЕТАМ РУМИ
 



ЛЕВ   В   ПЛЕНУ



Однажды  лев  пробрался  в  хлев  к  быку
И  съел  его,  насытившись  до  лени.
Затем уснул,  забывшись  на  боку.
В  плену  не  видно  солнца,  тёмны  тени…

Пришёл  хозяин,  в  хлеве  темнота…
И нежно  шерсть  погладил  у  питомца.
А  лев  подумал:  -  Он  сошёл  с  ума!
Наверно  в  темноте  не  видит  солнца.
Возможно, он  от  страха  бы  сгорел!
Глупец,  я  -  царь  зверей,  любимец  бога! -
Хозяин…  не  услышал,  не  сумел.
И  дверь  забил  покрепче  у  порога.

Любой  из  нас,  достигши  славы  льва,  не  должен  до  отвала  наедаться,  и  спать  в  хлеву.  Звучит  в  веках  молва:  Нам  жизнь  дана,  чтоб  жить,  преображаться.




ДВОЕ    НИЩИХ



Однажды  двое  нищих  подошли
К  широкому,  богатому  порогу.
За  ним  благоухали  цветники,
И  люди  жили  щедро, славя Бога.

Смиренно  постучавшись  у  ворот,
Те  двое  пропитанья  попросили.
Но  только  одному  от  тех  щедрот
Кусок  сухого  хлеба  предложили.
Задумался  второй:
-  А  чем  же  я
Пред  городом  богатым  провинился?
И  только  через  долгие  полдня
Румяный,  свежий  хлеб  ему  явился!

Суфийской  притчи  сладостен  намёк!  Возможно,  хлеб  дают,  чтобы  не  видеть, и  с  глаз  прогнать  скорее  от  ворот,  второго  -  не  боятся  и  обидеть.  И  ты  осмысли  притчи  сей  урок.  Возможно,  ждёшь  чего-то  долго,  слишком…  Спеша  и  приближая  этот  срок,  ты  сам  себе  становишься  воришкой.
;



СЛОН   В   ТЕМНОТЕ




Считали...  тридцать  девять  текстов  было, 
и  все  в  стихах,  про  странного  слона! А  вот  сороковой  я  сотворила, как  эхо  слов Руми,  как праволна...  Мне   Идрис Шах  поведал  притчу  эту...  а,  может,  рассказал  сам  Санайи?  Откуда  сей  сюжет,  и  где  те  дни, в  которых   появился  слон  вне  света?

В  сарае  тёмном  слон  стоял  теперь...
В  стране,  где  не  слыхали  о  слонах.
Молва о чуде  -  чудо  в  головах!
Но  как  увидеть,  коль  закрыта  дверь?
Один  смельчак  нашёл  какой-то  лаз,
И с  выгодою  стал  водить  туда
Желающих  развлечься  без  труда…
И  вот  какой  уж  вышел  пересказ:

- На  ощупь  этот  слон...  ну,  как  бревно,
Хоть  тёплое,  шершавое.  Стоит
Как будто  неподвижно,  но  сопит!
- Да  нет!  Ты  говоришь  совсем  не  то!
Я  тоже  щупал.  Слон  как  опахало,
Огромное, чуть  влажное,  живое,
И  в  воздухе  парит  оно,  в  покое...
И  будто  звуки  слышит,  иль  слыхало...

- Глупцы!  -  Вмешался  третий  человек.
- С  ума  вы  посходили!  Слон  -  труба,
Подвижная,  вся  в  кольцах,  не  груба,
Ест  пищу  и  засасывает  хлеб!
- Я  тоже  прикасался,  слон  -  диван.
Он  кожаный,  огромный,  вертикальный.
- А  я  сказал  бы  -  он  нетривиальный.
Сравнить  нельзя  ни  с чем.  Слова  -  обман!

Неведением  все  мненья  рождены, 
но  каждый  судит  смело  о  другом,  ему  понятным  словом,  языком.  А  к  истине  слепы....  и видят сны. Коль  зрения  духовного  в  них  нет, то  мир  воспринимают,  как  слона,  где  каждый  видит  часть,  а не сполна...  Но  ясно  видит  тот,  кто  видит  свет.
-  А  если б  были  свечи,  при  свечах сумели  бы  побольше  рассмотреть?
-  Что пользы жить на ощупь да скорбеть...  При  свете же нужды нет и в речах.




 
СКАЗКА  О  ФЛЕЙТЕ



В  стране,  где  звук  фригийской  флейты
Звучит,   как  эхо  снежных  гор,
От  древних  греков  до  сих пор
Живут  и ныне  злато  бейты.

Живая  память  о  Руми,  о  богоявленном  поэте,  звучит  и  здесь,  в  моём  сюжете,  как  отзвук,  эхо  Маснави.  Как  знать  о   том,  где  взрос  сюжет его  стихов  и  притчей  дивных?  В  веках минувших,  кратких,  длинных? Или  в  мгновеньях  «да»  и  «нет»?  О  тростнике  повествованье  ведётся  в  притче  у  Руми,  но  в первый  раз  сам  Сана;и нам  подарил  сюжет-признанье.

Давным-давно  жил  грозный  царь.
Он  поверял  свои  секреты
Когда-то  мне.   А  я  на  это
Стихи  писала, пряча  в  ларь.

О  том  ларце  прослышал  кто-то
Из  приближённых  царских  слуг.
И  одолел  его   испуг,
Засела  крепко  в  нём  забота

О  разглашении  секретов,
Что  выдавал  поэту  царь.
Такого  не  было  же  встарь
Ввиду  строжайших  норм,  запретов.

И  вот  сановники  решили
Забрать  ларец,  да  сжечь  мой  труд,
Меня  отдать  на  божий  суд.
Постановили…  согрешили...

«Запрещено  царю  делиться
Своими  мыслями  с  поэтом!
Сонеты  сжечь  перед  рассветом,
Поэта  выслать  из  столицы!»

И  Царь,  увидев  сей  приказ,
Не  пожелал  его  исполнить.
Тогда  пришлось  ему  напомнить,
Что  он  не  вечен,  лишний  раз.

Что  сын  его  уже  подрос,
Что  дочке  замуж  де  пора,
Что  нет  убытка  для  двора,
Коль  не  суёт  поэт  свой  нос

До  царских  тайн,  что  свет  ума
Сиять  не  должен  для  иных
Людей  никчёмных  и  простых,
И  что  пустеет  де  казна.

На  это  царь  ответил  так,
Как  подобало лишь  царю:
- Я  слуг  своих  всегда  ценю,
И  вижу,  кто  мне  друг,  кто  враг.

Но  с  той  поры  царь  занемог
От  невозможности  делиться
Своими  тайнами  и,  мнится,
Он  заточил  свой  ум  в  острог.

Уж  он  ни  с  кем не  говорил,
Как  было  раньше,  по  душам.
Молился  тихо  по  ночам,
Желанья  духа…  укротил.

Да  всё  болел,  страдал,  худел…
И  вот  уж  лекаря  призвали,
Лекарства  в  скляночках  подали,
Но  царь  и  слушать  не  хотел.

И  подошёл  к  нему  тогда
Один  из  лучших  слуг,  и  вот
С  мольбой к нему:
-  Мой  царь!  Народ
Весь  опечален.   Никогда...
Такого  не  было  с  тобой,
Чтоб  без причины  ты  болел,
И  столько  дней  не  пил,  не  ел,
И  ходишь,  словно  сам   не  свой.

Но  догадался  я, что  ты,
Великий царь  мой  дорогой,
Теперь  рискуешь  и  собой!
Из-за  запрета!  Всё  тщеты…

Я  знаю,  что  тебя  спасёт:
Езжай  на  озеро  и  там
Ты  обратишься  к небесам,
И  дух  твой  почву  обретёт.

На  этом  озере  тишайшем
Нет  никого,  кто  бы  тебя
Услышал  вдруг  -  вода,  земля,
Трава,  тростник  в  пуху  тончайшем.

И  тайну  сердца  своего
Ты  сможешь  смело  говорить,
И  тем  здоровье  укрепить,
И  не  бояться  никого.

Всё  так  и  сделали  они.
Царю  на   озере  лесном
Был  собран  домик,  а  потом
Царь  проводил  в нём целы  дни…
Там  говорил  он,  что  хотел,
Без  опасенья  и  запрета,
Без  обсужденья  и  совета.
Итак,  воскрес  для  царских  дел!

В  стране,  где  звук  фригийской  флейты
Знаком  от  мала  до  велика,
Хранится  свет  святого  лика,
Руми  напевы  -  злато  бейты.
Из  тростника,  что  рос  вокруг
Того  лесного  озерца,
Воскресла  флейта  мудреца!
Она  звучит  и  ныне,  друг!
И  расточает  дар  секрета
Не  наобум,  а  лишь  тому,
Кто,  натянув  свою  струну,
Ей  подпевает  в  час  рассвета.

Случилось  так, что я  однажды…
от мира  пышного  ушла,
от  духоты, где  полумгла,
где  шум с утра и допоздна,
где торг идёт под хруст  бумажный…

Ушла к Семи души Морям,
и остров Эхо  разыскала,
где во дворце себя  узнала,
и все сомненья расплескала
в глаза  былым  поводырям…

И  там…  заслушалась я флейтой,
звучаньем истинных времён,
и дух  стал,  ими  опьянён,
кружить, танцуя  вальс  бостон,
и  насыщаться  силой бейтов …

О,  да!    Он  стал,  как  мир  силён,
как  интеграл  земных времён.
 


Сайт Эхо Руми - http://rumi.ucoz.ru/

 


Рецензии
Любой из нас, достигши славы льва,
Не должен до отвала наедаться,

Я буду использовать :)

Дмитрий Шарко   06.01.2012 19:31     Заявить о нарушении
Благодарю, Дмитрий.
И в прямом, и в переносном смыслах это верный совет Руми.

Суфийская мудрость облагораживает душу.

Эхо Руми   06.01.2012 19:58   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.