Восточная песня
Веры и терпимости прошу,
сердца я гордыню усмирю
лишь Тобой,
Ты знаешь сердца такт,
знаешь первый и последний шаг.
Моё сердце изошло на крик,
Ты сберег его,
и я постиг,
Кто мне моё сердце освятил,
Кто с любовью нежной говорил.
Каждая песчинка, материк,
птица, пролетая, сохранит
каждый уходящий жизни миг.
Высшим проявлением любви
образ неба с образом земли
навсегда, навек соединив.
Вдох земной,
ведь Ты всегда один.
Приходя с неведомых глубин,
душу, как голубку, уловил
и привлёк, на волю отпустил.
Но душа, отринута людьми,
снова возвратится со страниц
странного земного бытия,
образ неба с образом земли
навсегда, навек соединив,
ведь она Твоя, всегда Твоя,
люди примененья не нашли.
Вот она. Одна, одна она.
Эти песни у Его лица.
Вот они, отчаянья года.
А вот дни страданий и причин.
В высшей радости полёт Его крыла…
Эта стихотворная строка
обретает Бога, Он прочтет…
и, Такой же, в точности, придет…
Где Он болен,
где Он одинок,
где печален, где совсем не Бог,
одинокий, грустный человек,
ей принадлежал уже навек.
4.01.98.-28-29.12.2009.
Свидетельство о публикации №111042202492