У него царил идеальнейший беспорядок. Если бы каждой вещи предложили самовольно занять желаемое место, она не сделала бы этого лучше, чем это делал он. Мамины спасательные экспедиции в свою комнату он запретил года два назад, так как после них ему было невозможно хоть что- нибудь отыскать. Он мог существовать только среди трехдневных кофейно- чаевых кружек, выплюнутых на стол жвачек, поломанных карандашей и непишуших ручек, вечно включенной бытовой техники, своих обожаемых, не первой свежести, плакатов, среди своей ненаглядной Америки, чьи запретные плоды так долго учили любить советстких граждан и которой был пропитан весь воздух его обители. Может быть, потому отсюда, из этого полнейшего хаоса, мне все время очень не хотелось уходить, что сквозь него тонко просвечивала гармония?..
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.