Страх!

         Тихо, бесшумно двигалась  электричка, за окном мелькали, лесополоса, со смешанными деревьями разных пород. Возле окна девчонка вдавив нос в стекло наблюдала за этим сплошным мельканьем деревьев, опорных столбов, увидев первые строения приближающейся станции, резко подскочила, опережая замешкавшихся, запутавшихся в ручной клади знакомых и незнакомых попутчиков. Проскочив в тамбур, заняв место у двери. Электричка тихо  подошла к станции Овечка.
         -Да, -да, -это не ошибка речка Овечка  и станция Овечка .
       Когда то в полях вдоль этой мелководной реки паслись стада овец в жаркие знойные летние дни пастухи подгоняли овец к реке на водопой так и закрепилось это название за этой речушкой берущей начало  где то далеко высоко в горах Кавказа пересекая несколько республик краёв, впадая в широкие воды реки Кубань.
       Хлопнули двери, выпуская пассажиров, толкаясь сумками, узлами, вёдра, кошёлки, кто с базара ,кто с работы . Ларка выпрыгнула первой. Хотела обогнать, толпу,  ускользнуть, побыстрей, домой!  На перроне  между первым и вторым путём, лежала бесформенная гора, горка накрытая не понятно чем. Внимание привлёк небольшой лоскуток драпа, с мехом вывалянного драного песца, знакомый цвет, знакомый мех зелёного пальто, выглядывавшего, из под кучи, неприятного тряпья.
    Страх сковал всё тело, несмело подойдя к бабкам торговкам Лара спросила:
                -Что случилось?
                -Да женщина, какая то, попала под поезд.
                -Кто?
                -Не видели.
                -Не слышали.
                -Мы только подошли.
                -Вот вытащили, ждут милицию.
                -Говорят местная!
      Реакция была мгновенной домой, домой. Мама ,мамочка быстрей, быстрей. Ноги сами по себе непроизвольно удлиняли ширину шагов. Бег превращался в полёт. Ускорялся ритм , мимо мелькали заборные штакетины, вначале промежутками, потом всё ускоряясь, превращаясь в сплошную стену. Рельсы, площадь, кладбище, могилы.
    Без остановки запыхавшись, вбежав во двор, вот она родная дома. Недоумённо, поглядывая, на часы, что то ты рано?- а я сегодня припозднилась, не пошла к поезду! Живая невредимая, улыбаясь, шла навстречу дочери, вытирая мокрые руки о фартук? Вот и хорошо, подбежав, обняв мать, облегчённо плакала глупая, счастливая Ларка.