мольба...

Сидит убогая старушка,
На паперти. Пустая кружка
Стоит у драных башмаков,
Прожитый век к ней был суров.
Сидит, слезинки вытирая
Иссохшей немощной рукою,
«Подайте, люди, Христа ради…»
Мольба несется над толпою.
Но в суете, с коростой в душах,
Проходят мимо, равнодушно,
Потомки нищенки седой,
Храня привычный свой покой.
Плевать, какою злою волей,
Осталась нищенка без крова,
Хлебать до гробовой доски,
Ей чашу горя и тоски…
И мы проходим не жалея,
Какое нам, простите, дело,
Своих проблем не перечесть…
А бабка просто хочет есть.
И у ворот святого храма,
Под сенью плачущих  икон,
Ушла душа к воротам Рая,
Последний завершив поклон.
И на отшибе кладбищенской зоны,
Зароют, как собаку, без креста:
Подпольщицу, стахановку, гвардейку…
Но сердцем верившей в распятого Христа!
И улетевши от земной юдоли,
Душа ее воспрянет к небесам….
Но только, Боже! Сколько еще боли
Земных страданий остается нам?