Из коньячного дыма уходя поутру...

* * *

Из коньячного дыма уходя поутру,
в снежный ветер лицо окуная, –
так и спрыгнуть с ума, прямо за отбивающимся от рук
чугунным хвостом трамвая.

Он мигает спросонья, а всё везёт,
полупьяный ямщик, – искры сыпятся под вожжами
на того, кто живёт, никотин приняв за азот,
и ноги над рельсами поджимает.

Синева обжита ослепительным февралём,
ледяными горками крыш, галочьим воплем;
но вчерашний мир вписан в этот же окоём,
столь же фантастичен, как и отчётлив.

Это – чёрный от тоски капитан,
это – радиограмма лестничного пролёта в космос,
это – под потолком дымом тает нажитый капитал
в кают-компании одиноких матросов.

Трамвай ли, корвет – режет пространство там,
где последняя ночь, как любовница, своенравна,
где мешается исповедальный гам
с налитой в окна белесой ранью.

А у нас под рукой только время, вот и рискни
снова впасть в полоумную юность, такую
долгую – взмах изумлённых ресниц,
и как пуля – шальную.