Самоубийца

Эпиграф.

Мой друг повесился у вас на глазах …
… А все вы остались такими же.

Егор Летов.

Когда я выходил, он сидел на стуле возле окна и курил, глядя на улицу. Шел дождь со снегом.
Повернувшись ко мне лицом, проговорил, глядя в глаза: «Хотел бы я жить в далекой стране, где не бывает снега, и всегда тепло». «Зачем?» - спросил я его. Он заплакал. Он не хотел умирать, но умирал. Снотворное, которым он отравился несколько минут назад, уже начинало действовать. Я никогда раньше не видел его слез, и всегда считал его очень сдержанным и жестким человеком, это видимо последствие снотворного. «Выпей со мной» - попросил он меня. Я налил два стакана водки и протянул ему один. Рука трясется, отметил я про себя, когда он потянулся за стаканом. Залпом выпил, несколько раз подряд затянулся сигаретой. Почему-то все смотрел на меня, словно я мог что-то изменить, даже если бы захотел уже поздно. «Я пойду, а ты ложись. Ты скоро уснешь». «Может, еще немного посидишь?» - трясущийся голос, слезы в глазах, я бы не узнал его со стороны. «Уже поздно, у тебя осталось не так много времени, на разговоры. Завтра я сообщу всем кому нужно». Он кивнул в знак согласия, вытер рукавом невысохшие слезы, и пошел к кровати, лег поверх одеяла и закрыл глаза. Я вышел на улицу, закурил. Странно, но я совсем не опьянел от водки.
И совершенно не чувствовал жалости к нему. Он ненавидел, когда его кто-то жалел.