Юджин Ли-Гамильтон. Воображенные сонеты 51-59

51. Фаллопий – своему ланцету
(1550 г.)

С поживой, острый маленький ланцет!
Довольно резать трупы, словно глину,
Трепещущую вскроешь ты брюшину,
У теплой плоти вызнаешь секрет.

Наш герцог щедрый шлет тебе привет –
Преступников за их грехи и вины;
Открой мне жизни тайну и причину,
Что Бог таил от смертных столько лет.

Верши свой путь среди костей и тканей,
Рука тверда и ты не задрожишь,
А посему вперед, без колебаний!

Плыви по кровотоку, мой малыш;
Страдаю я от жгучей жажды знаний –
И ты ее сегодня утолишь.

52. Леди Иоанна Грей – цветам и птицам
(1553 г.)

Мне завтра смерть: а рядом есть леса,
Где птичьи сладкопевные октавы,
Гуденье пчел, шуршание дубравы,
На ложе мха – блестящая роса.

Мне завтра смерть: а есть поля овса,
Где расцветают маки и купавы;
И есть луга, где меж густой отавы
Ручьи журчат и трудится коса.

Глаза цветов на луговом просторе
Средь бела дня смежатся ли во сне,
Как будто бы зажмурившись от горя?

Малиновка, ты смолкнешь при луне,
Вечернюю не распевая зорю,
Чтоб погрустить немного обо мне?

53. Святая Тереза – Небесным Вратам
(1555 г.)

Закат – ничто в сравнении с экстазом,
Когда в моей убогой келье щель
Бежит по стенам, и душа отсель
К Вратам летит, к пылающим топазам;

В той вышине, где слабосилен разум,
Ныряет в золотистую купель;
Там ангелы кружатся, как метель
В лучах огня, неуловимы глазом.

И льются гимны в воздухе пустом,
Превосходя собой земное слово,
Как песнопенья в храме пресвятом,

Пока моя телесная окова
Не сдастся, изнуренная постом,
И стены кельи не сомкнутся снова.

54. Ганнибал Петрони – Клаудии Маласпада
(1559 г.)

Ах, если бы послал мне добрый Бог
Все, чем казна Филиппова богата,
И груды лалов, жемчуга и злата –
Раджой индийским собранный налог,

Чтоб я твой сад усыпать ими мог,
И засиял бы он в лучах заката,
О, тень за шторой, и по ним прошла ты –
Убогий гравий не для этих ног!

Сокровищ мне, увы, не перепало,
Но небеса роняют свет луны,
И гравий превращается в опалы.

Приди же: под покровом тишины
Цветы на тонких стеблях спят устало,
Лишь двух сердец биения слышны.

55. Пьер де Шатлар – Марии Стюарт
(1563 г.)

Пошли меня на смерть – но будь готова
Мой смутный призрак видеть без конца
В ночных покоях сонного дворца,
Как зришь меня у своего алькова.

Зажмурь глаза – и ты увидишь снова
Во тьме черты знакомого лица,
И обожжет лобзанье мертвеца
Тебя сильней, чем поцелуй живого.

Когда умрешь, вблизи небесных врат
Усядусь я и буду ждать годами,
Покуда не увижу милый взгляд.

А коль удел твой – пекельное пламя,
Отправлюсь за тобою прямо в ад
И обниму в его бездонной яме.

56. Дон Карлос – Елизавете Валуа
(1565 г.)

Твоя любовь – волшебные моря,
Где странные лежат архипелаги:
Там золотым песком полны овраги,
И стены храмов там из янтаря;

Там дышит чистым ладаном заря,
Над водами – цветастых птиц зигзаги,
И реют, как диковинные флаги,
Там бабочки, меж пальмами паря.

Я в этот мир проник сквозь муки ада,
Рискуя жизнью, побеждая боль,
И в нем нашел бесчисленные клады.

Но в сердце злоба, черная, как смоль:
Я риск и муки получил в награду –
Сокровища забрал себе король.

57. Максимилиан Арнольфини – Лукреции Буон­визи
(1580 г.)

Есть в дебрях Эльдорадо, говорят,
Цветок, чья пища с прочими не схожа:
Он, мимохожих путников треножа,
Тела их пожирает без пощад.

Дурманит жертву сонный аромат,
Истома растекается по коже;
Беднягу, как на свадебное ложе,
Влечет железных усиков обхват.

Вот такова и ты. Но неужель
Ты думаешь, я этого не знаю?
Осознанно вдохнул смертельный хмель

И мне мила краса твоя ночная.
Так обвивай меня, как повитель,
И сгину я, судьбу не проклиная!

58. Филипп Второй – океанскому ветру
(1588 г.)

Мне дума эта не дает покоя:
Погиб, погиб, погиб; погиб весь флот;
Его обломки носятся вразброд
Там, где садится солнце штормовое;

Где волны – богомерзкие изгои –
Героев погребли в глубинах вод;
И воинство испанское гниет
Отсюда до полярного прибоя.

Соленый ветер, дунув свысока
На корабли, ты с яростью звериной
Мой план рассек, как лезвием клинка.

Так сделай же меня бездушной льдиной
И вой меж башен дней моих, пока
Они не станут жалкою руиной.

59. Беатриче Ченчи – Небу и Земле
(1598 г.)

Приди, потоп, огнем пролейся с гор;
Гроза, над миром этим возгреми;
Засыпь золой, перебичуй плетьми
И город мой, и весь земной простор!

Господь, разверзни пасти темных нор
И лаву на поверхность устреми;
Пускай она сомкнется над людьми,
Смывая мой чудовищный позор!

Мне жжет глаза невинный свет Плеяд,
Мне страшен вид невинных голубей
И душен луга чистый аромат;

Идиллии, не знавшие скорбей,
Отеческую кровь пролить велят
И с хохотом напутствуют: «Убей!».

Оригинал: