Экспонат

Вот холст старинный за стеклом
Висит в картинной галерее -
Сюжет из давних галилейских
Событий видим мы на нём -
   Картина школы Рафаэля...

На верхней части неба гладь
И облаков пушистых стая -
Слегка их схожи очертанья
С молочным выводком ягнят
   На пастбищах блаженных рая

Второй прописан скупо план,
Как фон для основного действа -
Там вид столицы Иудейской
И берег речки Иордан -
   Пейзаж безвидный и безвестный.

А ближе к центру три креста,
Вкруг них сюжета персонажи:
Рабы, торговцы, судьи, стражи
И женщина, правей креста,
   С косою тенью, ниц упавшей.

Здесь все людские типажи,
Толпы смятенье, гул и рокот:
Ханжи, блудницы и пророки,
Голь, падкая на мятежи,
   И знать, погрязшая в пороках.

Кипит людской водоворот,
Мелькают торсы, руки, лица -
Все население столицы,
Весь этот захолустный сброд
   (в империи не счесть провинций).

Но где же я на том холсте?
Среди мазков, штрихов и красок,
Среди оравы многогласной,
На фоне смерти на кресте -
   Где я средь вечности бесстрастной?

А вот и я меж двух купцов
Солдата римского напротив...
Изображённый в полупрофиль,
Стою, в ладонях скрыв лицо,
    И пот на нем - как капли крови.

Прищур чуть близоруких глаз,
И у виска морщинок веер...
Так вот он - я. Так что мне делать?
Как пережить мне этот час,
    Что мне сию минуту делать?!

О, я уйду, уйду отсель!
Мне не по силам этот ужас.
К свободным племенам пастушьим,
Пока рассудок еще цел,
    Уйду, назад не оглянувшись!

А может, я возвышу глас
Над всей толпой многоимённой...
Для обличенья беззаконья
Я до небес возвышу глас!
    Как лавр, приняв венец из тёрна.

А может, кисть из колонка
Я окуну в густую краску,
Чтобы на зрителя катарсис
Обрушивался с полотна
    Раскаяньем и сопричастьем!

А может быть... Но, видит Бог -
Что мой ничтожный выбор значит!?
Я пред холстом старинным плачу -
Я снова ничего не смог...
     Но я пытался...
         Видит Бог!