На небе открылся лимит

На небе открылся лимит для светопреставления,
Зрачки сходят с ума от мерцаний.
Страшные звуки, странные поползновения,
Розовое небо проклинаний.
А я вот сижу здесь вся распаленная,
Как язвительная фраза неудачника.
Одинокая, пережженная, воспаленная,
Вся пронизана желчью проказчика.
И сизые струи пускаю в дождь,
Заражая и без того кислотную воду.
Я знаю – не приедешь, не прижмешь
Ни сейчас, ни через два года.

А горечь стала привычной на вкус:
Превращаюсь в гурмана боли.
Я успокоилась, я уже даже не мчусь
Навстречу самобичеванию своей волей.
Просто хочется поговорить с тобой,
Покричать, посумасбродствовать,
Возненавидеть одной строкой,
Редким вином тебя попробовать.
Промокшим шелестом пройтись по твоим глазам,
Резким осколочным взрывом.
Быть для тебя что шоколад, что прозак.
Да быть для тебя хоть нагноившим нарывом!

А не сцепив зубы тихонько выть в потолок,
Проклиная справедливого Всевышнего.
Не дергаться в судорогах, не вызывать в теле ток,
О пытках я предпочитаю быть просто наслышанной.

Но я обесцвеченым комочком сижу под тучами –
Недозрелая, непредреченная.
Мысленно сто тридцать раз прокрученная,
Но так ни разу не обретенная.