Зря ты, Муза

Попусту к поэтам ходишь, муза,
Угли очагов их ворошишь.
Ведь стихи морока и обуза
В нашем бренном мире пепелищ
Зря опять ко мне ты прилетела,
Проверяя вольницу мою.
Помирить решив рассудок с телом,
Между ними я и сам двоюсь.
Возвращайся в век дуэльных правил
Легкими сонетами в альбом,
Верная поклонница забавы
С выдранным у гусака пером.

Давним подпоясалась ненастьем
Бренная земная сторона,
Где по протоколу соучастий
Гнут поэтов бог и сатана.
Над певцами тяготеет фатум
Только лишь за их природный дар
Видеть истин сущего закаты
Там, где и телят не пас Макар!

Не бывает свято место пусто,
Пузырями есть кому стучать,
Не боясь, что рифм горячий сгусток
Их сердца сумеет разорвать.
Час придёт, оставят барда силы,
В бесконечность унесут века,
Кто-нибудь вздохнёт, что отбурлила
Жизнь его в стихах и кабаках.
За души высокие порывы
Мстит поэтам вздорная судьба.
Не с того ли песни их с надрывом
И сегодня нас тоской знобят.

Одинаковы обликом люди,
Да не все норовят за табу.
Лишь поэтам незримые судьи
В полпути назначают судьбу.
И ведётся так многие лЕта,
Не свернуть, не отпрянуть назад,
В одиночестве полном поэты
Сходят в собственных домыслов ад.

И под гримом лет суть провиденья
Трубадур сумеет разглядеть,
Чтоб сырой кирпич стихотворенья.
На огне своей души обжечь.
В радугу страстей, накал эмоций,
окунув обычных слов набор,
из всего, что с трепетом не чтётся,
Сотворит чарующий узор.
И теперь забвения угрозой
Ясный свет того не заглушить,
Будущего слишком грубой прозой
В мире небоскрёбов и машин.

Времени изношенные ставни
Выдернув со скрипом из петель,
Как-нибудь покинем в стае равных
Бытия родную колыбель.
Пожелает Сущий Иегова,
Отшелушив души от корост,
Поминать планету светлым словам
Посреди вселенских долгих вёрст.