Эдичке с любовью

О, как она его вела,
Лимонова, ребята, Эдьку,
как будто в номера звала,
но оказалось все же - в клетку.

Погон-не гон, на всякий случай
да прихватили у подьезда,
пока Манежная в падучей-
и дуче  в буче наш не бездарь.

Он ляжет на топчан и шапку
под голову засунет, вождь,
пока гремит засовом шавка
и копошится   мысли вошь.

Как будто ляжка лейтенантши
шапчонка под щекой горячей…
Ну где тут «их» и где тут «наши»,
когда мозги вот так корячит?
 
Она, как Фрида в «Замке» Кафки,
в  пресексульнейших нарядах...
Опять , как встарь, для перековки
мартены жаркие горят.

Спасать народ от революций,
ждать будут Эдичку, скучая...
Кто там? Знакомые всё лица!
Но только чуточку кучнее.

Торчат усищи Донкишота,
проткнуть готовые мента.
Знать всё же прОнял до кишок,-
и вот ведут. И -от винта!
 
Задержан или арестован?
А кто ж, скажите, разберет?
Вождей сегодня-под засовы,
а то рабередят народ!

Мол, оказал сопротивленье,
повстанец- ванькавстанец наш,
о, эти бедные селенья,
о, наша  вечная па-  раша!

Но в телешоу пригласят-
и станет совестью народа,
всё лучше,  чем –горят леса
да урожаев недороды.