За журнальным столом я, да я

За журнальным столом я, да я, да литровочка вишни,
А цветы на окне по-сиротски глядят на забор.
Я да я не молчим, а ворчим, вспоминая о жизни,
А вишневочка тает по-свински под наш разговор.

— Знаешь ты, или я, как тебя там по-батьки,
Давай за здоровьице что ли, ещё по одной.
А то будет как с мужем толстушечки Катьки,
В район увезут, а там прямиком к проходной.
Я не стал возражать, а что бесполезно здесь спорить,
Жизнь моя все же мне как-никак дорога.
И зачем свое „Я“, мне с его бестолковщиной ссорить?
Накатили ещё, чтобы нас отвести от греха.

— Знаешь что, дорогой, а в прочем, что это я да по-братски!
Дорог мне ты по стольку, если вишня в бутылочке есть,
Скинем может с себя шоу грим, или как там ещё — шоу маски,
Поносить коль рога нам с тобой представилась честь.

— Ну что ты доволен?.. Ты почувствовал запах свободы?
Покажи же свой ЧИЗ, в потрохах своих бывших зубов.
Ты же, кроме рогов чернопестрой коровьей породы,
Ничего не нагрёб, а нажил ты себе лишь врагов!

Что сказать мне дурному, что ему мне ответить?
Я же тупо молчал и смотрел на цветы и забор
И шептал эту песнь, что прекраснее нету на свете,..
И зачем эта дрянь, и его тот пустой разговор?
Я смотрел на забор, а мне ничего б и не надо.
Была б, как и прежде страна моя мне дорога.
А он все своё...

— Ты еще не примерил награды?
Цепляй же оленьи скорей, на свои же коровьи рога!
Ты не смотришь?.. Тебе надоели рекламы?..
За страну свою будешь и дальше страдать?..
Вот и я все про то... цепляй же скорей ты награды,
Там сейчас будут всех поздравлять!

 — Знаешь что, дорогой, ты меня уж донял,
Садану бутылем же сейчас по твоим я рогам!
С полуслова тот черт меня видимо понял
И оставил в покое рога.

За журнальным столом только я, да пустая бутылка.
А в двенадцать не стал даже телек бесстыжий включать,
Все боялся за ту,.. за тяжелую область затылка,
И начнут все меня поздравлять.