Парит в большой избе лоханка...

Парит в большой избе лоханка
С горячим пойлом для телка.
Соломы свежая охапка.
Полатей щель у потолка.

В нее, как все на свете дети
В святом родительском гнезде,
Ныряли мы, теплом согреты,
Еще не зная о нужде.

И это всё, что светит ныне
Из «малой родины», из той,
Которая, как лик святыни,
Сегодня кажется мечтой.

Пришла беда... И — ни полатей,
Ни животины, ни избы.
Исчезло всё... И мама с батей —
У края собственной судьбы.

Стоят они перед иконой
(Всё, что оставила им власть)
В логу и, с верою бездонной,
Не устают поклоны класть.

И мы стоим и слышим только
Молитвенный распев отца,
Вонзающийся как иголка
В тугие детские сердца:

«Твоя, Отец Небесный, воля:
Ты дал достаток, Ты и взял.
Такая, видно, наша доля —
Ты за грехи нас наказал...»

Какие же грехи такие?
Трудом нажитая изба
Да словно Эльбрусы крутые
Приобретенных два горба?

Вы не пошли в коммунье стадо,
Остались здравы средь чумы.
Икона, Бог — одна отрада.
И нет ни лога, ни зимы...