Без панцыря

Без панцыря
          Жил-был на свете романтик. Складывал в духовку день ото дня свой депрессивный поэтический жанр. Складывал, а потом подолгу молчал. Романтик любил женщин, но боялся с ними встречаться. Нет, он боялся не самих дев. Боялся он больше того, что с ними потом происходило. Все они верили его словам и приветствовали каждый по своему, но…
     Романтик был настолько открыт и искренен, что порождал в сердцах нимф полное разорение их без того подавленных чувств и не реализованных возможностей. Разорял своей всеобъятностью самого присутствия, вселяя в их тревожные души великолепие того, что просто родилось с меткой. Представляете? Сердце же его было закрыто, зарыто без каких-либо координат. И он искал. Но история не об этом.
  Как-то прогуливаясь по ночному городу под шафе, романтик был взят. Романтик был взят органами правосудия под покров ночи ввиду похожести с каким-то криминальным элементом и привезён, доставлен в подвал, именуемый среди населения клеткой. Провёл он там всего ночь, до выяснения личности.
  Жуть приходящая от сырых стен, запах от немытых тел, замкнутость и принуждение находиться именно здесь, а так же элементы, далёкие от состояния обычности, привели романтика в замешательство. Внутри него всё сопротивлялось и кричало, но он был человеком законопослушным и при том стеснительным. И потому провёл ночь не сомкнув глаз, пребывая в некоей прострации. Для него важно было дожить до утра. Время тянулось, создавая свои собственные пропорции света и тьмы. Дышать было тяжело. Спина онемела, мозги наливались свинцом, пальцы играли с энергией.
  Утро. Ворота жизни распахнулись перед ним с надписью «эдем»:
- Эй псих, забери часы!
  Вдохнув свежий воздух романтик закрыл глаза от счастья. Столь малая толика необходимого или столь не заметное в обычности.  Кайф свободы и наслаждение своей собственной необходимости? Понимание простого на уровне усложнённого.
  Рядом с ментовкой сидел его сосед Гоша. Гоша сидел на корточках и сосредоточено смотрел на стену. Романтик знал его как бандита и человека сурового. Весь облик Гоши был выразительно недружелюбным и вселял ужас одним своим присутствием. Гоша курил.
- Как дела, романтик? Каким ветром?
- Да  я просто гулял. А потом…
- А потом попался, да? Втихаря что-нибудь мутишь?
- Да как ты мог подумать Гоша? Я вот это… Ну…
 Но бандит упорно разглядывал улитку, ползущую по стене и вроде как забыл про творческую натуру. Романтик тоже присел, разглядывая желеподобное существо с рогами, медленно ползущую по стене ментовки. Важное обстоятельство сего наблюдения приводило к полному пониманию незащищённости.
  Улитка была без своего панциря. Её спиралеподобная ракушка логово отсутствовало.
- Ползёт, сука. – сказал Гоша разбавляя смачным плевком на асфальт краткий момент из жизни мелких.
- Смотри, без раковины!
- Да, наверное хату за долги отобрали! – сказал бандит и притушил сигарету о ползущее соплевидное существо.Затем из здания мвд вышли трое в мышиных мундирах и проводили  хулигана по серым и вонючим коридорам к следаку.Гоша не подавал виду,вел себя уверенно ,но студент всеже уловил в его глазах некоторую подавленность.


Рецензии