Ленаре в Лондон

Я и правда не жду от тебя никаких вестей,
Жизнь смакуя разрезала нас на сто пятьдесят частей,
непонятно кто теперь выживет,станет интригою новостей,
разве что ты,опять?
знаю,ты для себя хотела всегда князей,
в грязь затоптала поклонников сранных и просто друзей,
так хотелось тебе среди Лондона в куче буржуазей
гордо стоять.
Всё для этого: куча диет,директора Лукойл,
милая,ты прости,но я не имею права побыть собой,
нужно продать ещё несколько радиовышек,а дальше сбой...
наш самолет приземляется
в Лондоне,sorry boy.
Что из того,что он старше на двадцать пять,
В Лондоне новый трамплин,и всё началось опять,
Толстые животы,минералка,- а мне будет двадцать пять
только с тобой!
Милая,цепи сапфировые снова тебя скуют
Как ни крутись,но ты никогда не сумеешь создать уют,
для богачей,которые после ужина только блюют,
это их суть,пойми!
Я же любила тебя безгрудой с копной волос,
Пахнущую дымом,и нам столько бед пережить пришлось,
Может быть это принц-твой заблудший на рауте гость,
Радуйся,обними.
бёдра твои для других,как всегда,сухи,
то же, как я прочитала недавно свои стихи
бледному парню,а он на кровати свернул балдахин
и как волчара в кость
начал вгрызаться в меня,обрывая мой нежный слог,
я трепыхалась,барахталась,видимо Бог помог,
врезала между глаз,что есть силы и тот же Бог
враз успокоил злость.
Милая,возвращайся,мне так не хватает чувств,
Эти мужчины-пустое,ненужное,только грусть,
Деньги стриги,а мерзкий американец-скунс-
на хер пошли.
Мне не хватает пойми,миллиардов твоих огней,
редких снежинок нежных  среди метелей дней,
помнишь:как ты была только моей,а я -твоей?
Слёзы ушли.
Дальше живу,ты рвись из последних сил,
Тёмный попутчик твой поднимается из могил,
Он словно демон красен и чернокрыл
А за спиною плеть.
Милая,я живу,каждый день,словно в горле кость,
Помнишь как я целовала копну твоих чёрных волос,
Пахнущую сладким дымом,но мне выбирать пришлось:
Arevoir,my babe....