Песнь воина альбигойца

ПЕСНЬ ВОИНА АЛЬБИГОЙЦА*.

Стрела над ухом просвистела злобно,
Ну что ж - а мой ответный точно в цель!
И стон из уст врага звучит утробно,
Ты должен спеть об этом, менестрель.

И что тебе на месте не сиделось?
Ты приключений, подвигов искал!
Сейчас уже, наверно, расхотелось,
Когда в груди твоей застрял металл.

Ты начитался рыцарских романов,
Считал, что лишь один не уязвим,
И смело, по приказу капеланов,
Рванулся в бой - но не хватило сил.

Не совершил ты подвиг свой великий,
И не успел насиловать и жечь.
А на тебя твой Бог взирал трехликий,
Не в силах ни помочь, ни уберечь.

Тебе сулили рай за подвиг славный,
И осеняли благостным крестом.
Ты в первый бой пошел - он самым главным
Стал для тебя - и горестным концом.

Пока есть силы, меч, и лук, и стрелы,
Их применю для платы по счетам,
Когда враги в отечества пределы,
Вошли толпой, на радость палачам.

Они костры запалят повсеместно,
В них бросят книги - а потом меня.
Ну что ж, коль суждено - погибну честно,
Скорей на стены, враг идет, друзья!


Алексей С. Железнов - Гримнир Татхагата.

* Альбигойцы (катары."Катар" переводится как "очищенный".) - Названы по центру движения - городу Альби. Катары делились на «верующих» (масса) и «совершенных» (духовенство), чья строгая нравственность (даже по признанию их врагов - Святой Бернард писал: " Нет проповедей более христианских, нежели у катаров - их нравственность безупречна".) резко контрастировала с распущенностью католического духовенства. Катары переводили Евангелие на национальные языки, создавали школы, в т. ч. и для женщин. Они создали образцовое общество со своей собственной системой социального патронажа, с приютами для бедных детей и больницами для неимущих.
Альбигойцы отличались поразительной веротерпимостью к религиям мусульман и иудеев, а также были убежденными сторонниками равноправия полов. Они проповедовали любовь к ближним вне зависимости от их религиозных убеждений.
Они отвергали догматы о триединстве Бога, церковные таинства, почитание креста и икон, не признавали власть папы; проповедовали апостольское христианство и вели простую, строго нравственную и уединенную жизнь. Поэтому их называли сначала «добрыми людьми», но «людьми темными», а после первого отлучения их от церкви, произнесенного на соборе в Тулузе, созванном папой Каликстом II (1119), стали звать «тулузскими еретиками». Их вероучение имело много специфических черт и несло явные следы учения богомилов и гностиков. Катары не верили ни в ад, ни в рай (есть Бог, который создал души, идеи рая — нет), ни в воскресение из мертвых, ни в Страшный суд. Точнее сказать, адом для них была земная жизнь, и в этом смысле они весьма оригинально пересказали христианский миф об отпадении ангелов. Совращенная князем тьмы часть небесных духов низверглась с небес на землю в мучительный кошмар плотского существования, потому как тот лукаво посулил им «женскую любовь и власть над другими, а также обещал сделать их королями, графами и императорами». Эти небесные духи и стали душами людей и всех животных, которые вынашивают детенышей во чреве. Несчастье падших с неба душ заключается в том, что они не могут вернуться к Богу и вынуждены без конца переселяться из одного земного тела в другое, томясь в этом аду. Вера катаров служила, по их мнению, как раз тому, чтобы пресечь это томление и помочь человеку умереть раз и навсегда. Следуя вероучению катаров, душа после смерти тела уже никуда не переселяется, а ускользает из скорбной земной юдоли и возносится обратно на небеса. Уверовав в правильном направлении, на это может рассчитывать каждый. Будучи творением благого божества, всякая душа добра и равна в ряду других душ. Погубить ее не получится. В конечном итоге человечество придет к тому, что спасутся все души, даже пребывающие в телах инквизиторов: они родятся вновь и станут катарами. Создателем плоти считался дьявол, он же ветхозаветний бог - классическое учение древнего неоплатонического гностицизма.
Они были преданы анафеме папой Иннокентием III и стали объектом крестового похода в 1209 году. Собранное войско, состоящее преимущественно из любителей легкой наживы, в течение 20 лет разоряло южную Францию. Апогеем этой так называемой "Лангедокской войны" явилось полное уничтожение населения г.Безье - около 20 тыс. человек без разбора пола, возраста и вероисповедания. Именно там была произнесена знаменитая фраза: "Убивайте всех, Бог на небе узнает своих!". (Катаров среди жителей Лангедока было не более 10%. Многие сочуствовали их учению)
Когда с обеих сторон пали сотни тысяч народа и были опустошены прекраснейие местности Прованса и Верхнего Лангедока, в 1229 г. был заключен мир, по которому Раймунд (граф Тулузы) только за большое денежное вознаграждение освободился от церковного отлучения, уступил Людовику IX Нарбонну вместе с многими владениями и назначил своего зятя, брата Людовика, наследником всех остальных своих земель. Папа присудил эти провинции королю французскому, чтобы усилить его преданность папскому престолу и сделать его тем податливее к приему папских инквизиторов, которые, по большей части доминиканцы, возводили упорствовавших в своих верованиях альбигойцев на костер, или возвращали в лоно католической церкви посредством самых тяжких эпитимий. На Тулузском соборе 1229 г. были поставлены строгие правила относительно разыскивания еретиков-альбигойцев и их наказания. В 1232 г. папа Григорий IX учредил для расследования альбигойской ереси инквизиционный суд, управление которым предоставил доминиканскому ордену. Папа Иннокентий IV разрешил в 1259 г. применение пыток против еретиков. Многие альбигойцы бежали на Восток и поселились в Боснии. Но еще в начаде XIV столет. инквизиция усердно работала в этих местах.